Прощение

– Тогда что Вы здесь делаете, рано утром на дороге?– поинтересовалась Ирина.

– Еду на дачу, сегодня суббота, хотел пораньше туда попасть, до жары и пробок. Вдруг вижу- табуретка мчится, думал, что-то стряслось, а тут всего лишь истерика.

От обиды за машину у Ирины высохли слезы:

– Она не табуретка, хоть маленькая, да удаленькая. И красивенькая. И не истерика у меня,– снова скривилась от плача она,– у меня жизнь рушится. И вообще: поезжайте дальше, на дачу, море, куда хотите. И оставьте меня в покое.

Она повернула ключ в зажигании, но реакции не последовало. Снова и снова она поворачивала ключ, но всё было бесполезно. Посмотрев на датчик топлива, она поняла, что совершенно забыла о заправке. Снова опустив голову на руль, она представила, что придется стоять здесь вечно, пока через сто лет кто-нибудь не сжалится над старушкой и не даст топлива.

Стоящий возле машины мужчина с интересом смотрел на её страдания. Наконец отошел к своей машине. Ирине стало ещё горше оттого, что он даже не спросил, нужна ли ей помощь.

– Что Вы делаете?– слабым голосом спросила она.

– Пытаюсь помочь, как обычно.– ответил, отдуваясь, мужчина.

Теперь Ирина его рассмотрела: он был невысок, полноват, староват, с лысиной на темечке. В герои-любовники не годился, значит, можно воспользоваться его помощью.

– Вы отвезёте на заправку?

– Я отвезу Вас к себе на дачу, заправок здесь рядом нет, а я спешу.

– Но я не хочу на дачу,– возмутилась она,– я не такая.

– Я тоже не такой,– спокойно ответил он, – просто у меня нет времени с Вами расшаркиваться, оставлю на даче, потом привезу бензин.

– Лучше оставьте меня здесь,– неуверенно сказала Ирина.

– Ещё чего, чтобы на Вас напал маньяк, а я потом чувствовал свою вину. Нет уж, сам нашёл, сам спасу. К тому же, надо посмотреть, не сломалась ли машина от ваших причуд.

Не найдя достойного ответа, Ирина кивнула и захлопнула дверь. По-видимому, на данный момент это был лучший выход из ситуации.

***

До дачи оказалось недалеко: каких-то пара километров. Припарковавшись у миленького домика с голубыми ставнями, мужчина вышел из машины, вынул из неё сумку, убрал трос в багажник и обернулся к Ирине, крепко сжимающей руль.

– Что это Вы сидите? Выходите.