Рижский бальзам для души

Она говорит в тишине,

И время с ней спать остается;

За что ее дали в дар мне?

Как сердце от счастья с ней бьется!

Чувство долга

Мне бы обнять тебя, да нельзя,

И прикоснуться к движению ветра,

Не убегать мерзлым счастьем, скользя,

А возвращаться, где селится вера.

Мне бы еще прикоснуться слегка

К радости просто общения

И у тебя отмахнуть от виска

Капельку тоже волнения.

И вот еще посидеть в тишине

Рядышком, пусть и недолго;

Господи, только оставь чувство мне

Этой любви, а не долга.

Семь слов

Я сегодня в платье красном

Гордая хожу весь день!

В настроении я прекрасном.

За окном цветет сирень.

Все сегодня по-другому,

Все прекрасно, как в раю,

Я вальсирую по дому

И от счастия пою.

Я сирень поставлю в вазу,

Ту, что милый подарил,

Из цветков сложу вновь фразу,

Что вчера мне говорил!

Он шепнул: «Моя родная,

Знай, что я тебя люблю!»

Эта фраза огневая,

Я ее слезой залью.

Радостной слезой сирени,

Той, что инеем стекла

Незаметно на колени,

Когда я букет брала.

Пусть слова сиренью пахнут,

Семь счастливых лепестков

Никогда пусть не зачахнут,

Не убьют любви ростков!

Край бесконечности

Я с тобой на краю бесконечности,

Заковала любовь нас кристаллами,

На штрихах временно?й скоротечности

С фортепьяно судьбы не упали мы.

От безумной реки не меняемся,

От погоды уже не зависимы,

Чувством прежним в нее окунаемся,

В лете пальмовом с небом зависли мы.

И пускай все то, что повторяется,

Говорит о любви нашей в вечности,

Лишь она никогда не меняется,

Отвлекая часы быстротечности.

Запретный плод

В твоей ладони растворяюсь,

И, непонятная себе,

Я за твои грехи уж каюсь,

Причина будто их во мне.

Твоя ладонь, как солнце, греет,

Как море, глубиной пугает,

И плод запретный с нею зреет,

И змей-обманщик подползает.

В который раз я искушаюсь,

Забыв про Божьи наставления,

Но за свои грехи не каюсь,

Благодарю за наслаждение.

Прощание

Прощаюсь с этой до другой весны,

Она вернется, только не такою;

Уйдут с ней навсегда былые сны

Не под твоею нежною рукою.

Уйдут и не вернутся никогда

Пылинки все на листьях зеленелых,

И мы поймем, потом, через года,

Что чем-то насладиться не успели.