Рак и Жемчужница

– Пройдёмся по городским пляжам? – предложил Корнеев.

– Пройдёмся.

– Тогда нам сюда, – указал он.

Лодка с ходу развернулась по ветру и, не сбавляя скорости, вошла в новое русло.

– Эй-эй, полегче. Ты не видела, как опрокидываются на повороте.

– Не бойся, я с тобой! – успокоила своего инструктора Верочка.

Волны, поднимавшиеся за моторкой, шумно валились на берега, откатывались назад, шуршали по кустам. Река в этом месте была совсем узкой. Впереди показался мост и первый пляж.

– Стоп машина! – самой себе скомандовала Вера.

– Зачем? – повернулся к ней Корнеев.

– Ложимся в дрейф. Отдохнём, Лёня.

Она положила голову ему на плечо. Вода в реке успокоилась. Лодка, подгоняемая ветром, тихо шла по течению. Он обнял её, стиснул ладонями талию, коснулся губами её волос.

– Знаешь, у меня неприятности, – сказала Вера.

– Забудь о них, – прошептал он.

– Я не могу, третий день не везёт мне.

– Что же у тебя стряслось такое?

Она села, облокотившись на руль руками.

– Понимаешь, первая программа ни к чёрту. Не получилась. Рабочий на станке сделал мою деталь быстрее, чем сработал автомат.

– Какую деталь?

– Фланец. Да ты всё равно не знаешь.

– Я не знаю?

Он потянул её к себе. Она встретила его взгляд, пододвинулась ближе, руки скользнули под расстегнутую рубашку за спину.

– Да ну его этот фланец. Я люблю тебя, Лёня.

Лодка отклонилась от середины реки, подплывая к берегу.

– Эй, кудрявая! – неожиданно раздался близко мужской голос.

– Ой! – Вера вздрогнула, отдёрнула руки.

С берега донёсся дружный хохот. У кромки воды стояли двое рослых парней в плавках. Один из них с короткой причёской и выпуклым брюшком заметно покачивался. Второй, загорелый детина, заложив большой палец левой руки за резинку плавок, другой делал многозначительные знаки, обращаясь к Вере:

– Откуда плывём? Из какого репертуара? Швартуйся к берегу, красотка!

– Плыви к-к нам, Аф-ф-родит-та. У нас весело, – заплетающимся языком поддакнул толстяк.

– Лёня, заводи, поехали. Не заговаривай с ними, – вполголоса сказала Вера, отвернувшись от парней.

– Смотри, д-длинный, они н-не з-замечают нас. К-какие невежливые. Это же, как его, н-нигилизм, – сострил толстяк. – Эй, красота, – крикнул он. – Я поп-прошу не поворачиваться задом, а то у меня появляются з-задние мысли.

Лёня между тем поднялся к мотору, взялся за шнур, резко потянул на себя. Мотор забулькал, чихнул два раза и заглох.