Утро никогда не наступит. Сборник рассказов

Тася с удивлением увидела, что за его спиной стоит девица распутного вида, и оба они явно не трезвые. За годы брака Тася привыкла, что муж частенько выпивает, да и руку мог поднять, но старалась не обижаться на него, ему ведь тяжело после войны. В голове, наверное, всякое всплывает.

Но вот девушек он в дом еще не водил! Тася заплакала, отвернувшись от них, и пошла в кухню, чтобы добавить приборов на стол.

За ужином Георгий с девицей, звали её Арина, вели себя неприлично, оказывали друг другу недвусмысленные знаки, обнимались.

– Георгий, да что же ты делаешь!

Он резко встал во весь рост и закричал:

– Ты что, еще голос на меня повышать будешь, женщина?!

Следом Тася получила звонкую пощечину…

Она всё терпела и старалась никогда мужу не перечить, но такое! Это ведь если бы бабуля узнала… Позор какой! Но Тася решила подождать, может, муж наиграется да уймется. Нельзя же домой вернуться, не положено, раз уже замуж вышла.

А муж становился всё грубее и водил Арину в дом чуть не каждый день. А вскоре и вовсе заявил, что она теперь будет жить с ними. Тася была у них как прислуга, подай-принеси. Плакала, но не знала, куда деваться.

Родственникам и вовсе перестала звонить, что она им скажет?!

Да вскоре и с Ариной у него не заладилось. Стали они много вместе пить да ругаться. Дошло до того, что Арина на него с ножом бросилась, а потом убежала. Хорошо, хоть Арины в доме теперь не стало, но вот Георгий получил неудачную травму и остался прикованным к постели.

Сам лежит, ничего сделать не может, а сам на Тасю кричит – всё ему не так. И еда невкусная, и ходит она за ним плохо, и бельё плохо отглажено… Тася только молчала и делала своё дело. Кое-как тащила его в ванну, купала, одевала, кормила. Стиснув зубы молчала и делала.

Вскоре объявились у них гости – приехала бабушка. Сколько было радости! Обнимались они с час, не меньше. Рассказала Тася бабушке, что муж заболел, за ним постоянный уход нужен, так что не до поездок в гости ей вовсе.

Георгий при бабуле присмирел. Больше молчал или стонал в подушку.

Тася только просила, чтобы бабушка подольше побыла… Да ведь дома скотина ждет и за огородом смотреть надо. Вернулась та домой.

И началось всё по новой. Крики, ругань, что ни день, то хлеще Георгий придумывал ей оскорбления.

Но недолго ей осталось всё это терпеть.