Сквозь черное стекло

Хотя, честно говоря, я ненавижу этих цыган, гадалок, с детства ненавижу. А она сразу кинулась ко мне, схватила за плечо, цепко так, и говорит: «Вот так-то, Миша, мир катится к концу. Всё. Конец.» – и засмеялась. Зубы у нее гнилые. Запах изо рта такой. Меня аж передернуло, как из могилы. Миша. как она имя мое узнала? Хотя меня тут все знают.

Он вроде хотел еще что-то сказать, забормотал, но вдруг заснул на полуслове, качнулся, безвольно упал на постель.

Дыхание его стало ровным. Глубокий сон.

СЦЕНА 37. ОСОБНЯК ОСТРОВОГО.

УТРО. ЗИМА.

В холле накрыт на две персоны большой стол к завтраку.

Михаил Александрович, между тем, поджидая Настю, кормит птичек – две высокие клетки с пернатыми расположены по краям холла. Похоже, птички – это его слабость, он умело подсвистывает им с умилением, они отвечают веселым щебетанием.

– Доброе утро, – Настя входит в холл, садится к столу.

– Доброе, – отвечает Михаил Александрович. Трудно в нём сейчас узнать того другого, измученного душевной болью человека.

 – Ты можешь, конечно, вставать попозже, не так рано, как я. Но, знаешь. Лучше, чтобы утром такое семейное совещание проводить. Планерку на день. Согласна?

– Да.

– Даже если не согласна, всё равно будет так, – усмехается Михаил Александрович, направляясь к столу. – Привыкай. В этом доме всё решает только один человек. И в этом городе, кстати, тоже. А может скоро и в этой стране буду решать, – засмеялся он. – А почему нет? Есть у меня на этот счет одна мыслишка.

Он помолчал.

– Я вот что подумал.

Надо тебе чем-то заняться, ну, кроме – шопинг, фитнес, бассейн, массаж – это, понятно, святое, на это не покушаюсь, дамский набор… А вот, например, языки… Иностранные. У тебя неплохо получается по-английски.

– Я знаю еще немного. французский, мы учили на слух в интернате.

– Ну? Вот и отлично. Ценная вещь. Теперь сможешь изучить по-настоящему. Читать уже научилась?

– Еще не очень.

– Ничего, научишься.

Он встает.

– Ну, я пошел. Да, если захочешь куда-нибудь поехать, надо записать в журнале, на охране.

Ну, там тебе объяснят.

– Я вообще хотела пешком просто прогуляться. Я совсем не знаю этот город.

– А вот это нельзя, Настенька, только на машине и только с охраной. Там уже по месту, куда приедешь, погуляешь. Какая разница.

Он подходит к Насте целует ее.

– Ну, не скучай, девочка, папик вечером будет. если не убьют.

Настя удивленно смотрит на него.

– Это так, шутка, – на ходу говорит он.

СЦЕНА 38.