Кранфуриум. Рассказы.

Первые встречи с пушистым созданием

Тепло пыльных чердаков оберегает в себе безумное количество тайн и захватывающих историй. Этот фантастический рассказ о вселенной чувств и эмоций берёт своё начало в беспечном детстве одной маленькой, зеленоглазой девочки, имя которой Женька. Новые знакомые всегда удивлялись, почему столь мужское имя досталось хрупкой, конопатой девчонке. Женя и сама порой задумывалась, какой бы она была, если бы мама с папой назвали её, например, Аней или Юлькой.

Детство – немыслимое время, когда деревья по сумасшедшему огромны, зелёный от водорослей пруд похож на необъятное море, а мама с папой знают всё об этом большом мире. Женя была одной из тех, кого не брали в компании прелестных девчонок с косичками и бантиками, потому что её короткая стрижка горшком вязалась лишь с её именем, а не присутствием кукол за спиной. Но, это практически её не печалило. Существовали иные развлечения, которые доводили до эйфории это светловолосое чудо с канапушками.

Случалось ли вам бывать на чердаках в вечернюю пору? Когда золотистые лучи озаряют неспешно кружащуюся пыль тёмной комнаты. Когда опилки или земля, которой засыпаны полы под старой прогнившей кровлей, уютно тёплые. Когда в духоте непроветриваемого чердака стоит запах перьев и результатов столь незатейливой жизни голубей и витает ощущение безмятежности.

В городе, где девочка с золотистыми волосами проводила своё лето, подобных чердаков имелось несколько. Собственно, там она столкнулась с первым существом, о котором и пойдёт повествование дальше.

Бабушка, как обычно, готовилась уходить в ночную смену в родильный дом, где и работала. Собирала своё нескончаемое вязание и укладывала испечённые за вечер печеньки в огромную чёрную сумку. Девочка с нетерпением ждала, когда услышит сокровенные слова: "Жень, дверь закрой за мной!".

Восемь часов вечера.

Душные июльские улицы города, утопающего в длинных закатных лучах, были затянуты сугробами тополиного пуха. Перед ребёнком со светлыми волосами оказался ветхий заброшенный дом. Окна двух этажей забиты дряхлыми досками. Кое-где проглядывают довоенных годов шкафы с отвалившимися дверками. Этот дом стоит крепче, чем многие современные здания, поэтому все лестницы сохранились в первоначальном виде.