Из лап нарцисса

Таким образом, бодрствующее сознание человека перегружается, а при командном сне обычно успокаивается и глаза закрываются.

Проще говоря, все это означает, что Маркус создал постоянные противоречия в моей психике и отравил ее.

То же самое было и с Даниэлой. Она также проигнорировала все, что мы договорились вместе сделать и что имело бы негативные последствия для соблазнителя. Так что позже вследствие этого активизировалась дискуссия о том, кто что сказал. Это сбивало меня с толку. Я решил держать язык за зубами.

Когда Габриэла вышла из травматологии, она навещала нас и должна была дополнить этот больной треугольник. Для тяжело больного социопата нормально формировать и контролировать такие связи. Его шахматные фигуры он заменяет тогда, когда он в них больше не нуждается или когда они становятся опасными для него. Во время этого визита он контролировал меня. Все, что я говорил, было перевернуто так, что его мнение оказывалось единственно правильным.

Однажды мы смотрели видеозапись медитации на моем канале, и он постоянно прерывал меня, когда Габриэла задавала мне вопросы, и переворачивал мои слова в свою пользу, или просто заявлял, что все было не так.

Я отрицал это, но с постоянным упорством он ясно давал понять Габриэле, что это так. Я был бессилен, ведь мои слова не имели значения.

В мгновение ока он связал это с выводами, которые сделал обо мне раньше. Когда она о чем-то попросила меня, я вынужден был сказать «да». Теперь я тоже в это верил, он заставлял меня поверить.

Сопротивление мое было сломлено.

Потом он рассказал Габриэле, как я функционирую. Он рассказал ей «все» обо мне и призвал держать это в секрете. Теперь я был объектом его миссионерства и заботы. С этого момента они все начали очень беспокоиться обо мне, и их паранойя неизмеримо усилилась.

Так же, как он рассказал ей все обо мне, он рассказал мне все о ней. С той же просьбой держать это в секрете. Он поведал мне о нескольких интимных деталях, отчего можно было только взяться за голову.

Он так ее обесценил в моих глазах, что при каждой моей встречей с ней все это дерьмо в моей голове всплывало. Да, даже об интимной сфере человека, касающуейся его достоинства, Маркус рассказывал третьим лицам. И это было особенно подло.

Со мной случались регулярные припадки. Случай в магазине электронных приборов был не единственным и доставил мне массу неприятностей. Я боялся ходить по магазинам и избегал толпы народа.