Майские страсти

Избытки у нас с тобой разные,– рассердилась Алина, но словно не на Дмитрия, а на избытки.

Андрей вздумал вскочить, но растерялся, быстро проговорив:

– Тут уже мистика какая-то.

– Точно,– ухмыльнулся Дмитрий якобы дождавшись именно такого определения.

– Я ведь пошутил. – – А я почти нет. Это полумистика. Без сатаны с крыльями и пастью змеи, без демонов с кровавыми клыками, как у волков.

– То есть самая страшная полумистика, да? Попробуй сказать, что нет.

– Самая страшная. Тут и человек, как дьявол, и дьявол, как человек.

Настя, якобы чтобы отвлечься и успокоиться начала креститься. На неё, как нарочно, никто не смотрел. Она достала из-под футболки крестик и пыталась целовать его, почти всякий раз промахиваясь: до того она обезумела от страха и стыда. Щёки её горели. Настя приготовилась к самому страшному. Смущение было её и девственное, и бабье. Глаза наполнялись слезами.

– Про Бога-то забыли,– кашлянул как-то по-старчекси, по-схимнически Андрей.

– Бог, может быть, для всех один; а вот дьявол у каждого свой,– Дмитрий пробормотал куда-то в глубь себя, в пучину своей души; пробормотал низко и отчаянно.

– Не хочешь ли ты сказать, что… Ты и сам… Ну того?– так рьяно встрепенулся бывший жених, что и почти протрезвел, и позабыл про размолвку.

– Что того?

– Ну, в некотором смысле, того?..

– Дьявол, что ли?

– Ага.

Дмитрий хрипло захохотал.

– А ведь ты угадал,– сказал он раненым, облитым кровью голосом. Его лицо постепенно принимало прежний вид сурового, но отчего-то неуверенного могущества.

– И ты необыкновенный какой-то? В смысле, у тебя дьявол свой, особенный?

– Конечно.

Дмитрий расслабленно опрокинулся на спинку кресла и развёл руками. Он сознательно выглядел всё глупее и глупее, точно удивляясь, как раньше с ним об этом нее говорили и как могли усомниться в его словах. А в них уже, словно никто и не сомневался…

– Свой мир, свои видения. Понимаю,– хозяин задумчиво закивал.

Алина влажно цокнула языком:

– Да он смеётся над тобой.

– Друзья, разве я смеюсь? Разве так над друзьями смеются?

Хозяин медленно подвинулся ближе к краю кресла. Все его движения и изменения в лице обнажали неожиданную, немного трусливую заинтересованность.

– Раз не смеёшься… Может расскажешь что-нибудь такое…

– Что именно?…

– Ну что-нибудь страшненькое, голливудское, демонское.

Дмитрий взял полный бокал со стола:

– Что-нибудь кровавое, убийственное?

– Ножевое.