Цена решения

Но моя задумчивость не ускользнула от внимательных глаз реб[11 - Реб – господин, уважительное обращение к мужчине-еврею.] Даниэля – так звали моего нового чудесного провожатого в мир, дорогу в который я вот уже долгое время силился забыть навсегда, чтобы избавить сердце от тягостных воспоминаний.

– Должно быть, вам приснился этой ночью дурной сон, – сказал старик, – потому что я надеялся увидеть сегодня утром ваше лицо немного более сияющим и беззаботным. Но простите мое любопытство: если это что-то личное, то можете забыть о моих словах, я просто хочу вас немного взбодрить.

– Нет-нет, не волнуйтесь, со мной все в порядке… Хотя вы правы: мне действительно приснился страшный сон, – не видя причин скрывать это, ответил я. – Как вам удается все время чувствовать, что происходит рядом или даже внутри других людей? – спросил я, не удержавшись.

– О… все очень просто, здесь нет никакой тайны. Я уже давно заметил, что это место располагает к необычным снам и всяческим мистификациям.

– Может быть, тогда вы поможете мне расшифровать то, что я видел этой ночью?

– Признаться честно, я неважный толкователь снов, к тому же они иногда бывают пророческими, а ошибка в таком сне может иметь самые непредсказуемые последствия.

– Я доверяю вам, и больше, чем вы уже сделали для меня, вряд ли смог бы кто-то другой. К тому же я не боюсь того, что ждет меня впереди, ведь вся моя жизнь до сих пор готовила меня к встрече с гораздо худшими ситуациями, чем та, в которой я нахожусь сейчас.

– Ну что ж, тогда можете считать, что ваша решимость и оптимизм передались и мне, седому старику. Так что говорите, мой мальчик, в конце концов, сон – это всего лишь сон.

И я рассказал обо всем, что снилось мне той ночью, стараясь не пропустить ничего существенного. Когда мой рассказ был окончен, воцарилась тишина. Реб Даниэль молчал около минуты, но эта минута мне показалась ужасно длинной и томительной. Наконец он, как всегда, загадочно улыбнулся, после чего сказал:

– Это место и впрямь какое-то необычное, но думаю… что лучше вас в этом сне никто не разберется.