Под потерянным днем. Реки в зарослях смысла

Иногда двигаясь во сне,

Покашливая с ноткой на «веселе»;

Смотрящий на Александра с балкона,

Был Вячеслав Антонов,

Покуривая сигару улыбался,

Внутренним голосом смеялся.

Облокотившись руками на балкон,

Очень хорошо и комфортно чувствовал себя в нем

И увиденному был рад,

Веселее стало, когда он услышал храп,

Который не сравнить ни с чем.

Кто храпит? Ясно всем…

Вячеслав дождался сквозь птичьего треля,

Александрова пробуждения.

– С добрым утром, Вас! —

Не успев открыть и глаз.

Но ответ, надо бы отдать свой долг

– Ну что ж, привет! – сказал, что смог

Встав отряхнувшись, голову поднял,

Как Вячеслав над ним смех изливал.

– С добрым, Вас утром!

Что Александр, с похмелья мутно?

– Ну как сказать… Не плохо,

Бывало и похуже, бывало… – сказал глухо.

– Да что вы говорите? Пили чай ночью?

Но прозвучало молчание, многоточие.

Александр кашлянул, вздохнув уныло,

Думая, что дальше найти бы силы.

2

Рядом лес стоял, густой лес.

Зайдет человек и в нем исчез,

И вдруг промелькнуло что-то,

Что за дела? Что за заботы?

Это шел наш герой,

Он никогда не вернется домой,

Он шел, опустив голову вниз,

Слезы лились, будто на бис.

Евгений Зарёв был сражен,

Бедами в душе одарен,

Ничем не сопротивлен.

Но слезы от людей он скрывал,

Лишь перед иконой душу открывал;

Народ знал, что человек он темный,

Ни с кем не общается, тенью зараженный.

И на встречу ему попался,

Кто на давеча на лавке валялся;

Александр вглядывался в лицо,

Кто же это идет, так кто?

Узнав лишь поприветствовал, обернулся,

А тот как шел голову склонив, не очнулся.

Александр вперед идя, назад смотрел,

Запнулся, чуть телом землю не огрел,

По примете, постучав ногой три раза, где запнулся,

Пошел дальше, от важности надулся.

Зарев засунул в карман руку,

Где лежал револьвер, на ту муку

Если жизнь скажет конец

И призовет в свой дом отец.

Но почему-то резко руку убрал

И дальше себе он шагал.

И вот присел на лавку гражданин,

Как всегда, один. Как всегда, один.

Напротив, где Вячеслав жил,

Часто на балкончике курил.

И в очередной раз,

Стоял ровно не спуская глаз,

Именно про него думал утром.

Когда соображение было тупо,

Вячеслав всегда любил рассуждать

Про людей, любил их понять

И мучала бессонница его,

Если не мог понять он что.