От «А» до «Я»

Нет, мне не сорок, мне давно за двести,

Я два столетья бросил на весы,

И, просыпаясь где-то в новом месте,

Я запускаю заново часы.

Размытый временем, растерзанный пространством,

Теряю связь событий и времён,

Как будто злою волей иль шаманством

Я из иного мира принесён.

Там было поле, роща, зелень лета,

Закат в окошках деревенских хат…

А здесь снега, и холодом одеты,

Пусты глазницы каменных громад.

В том мире я босой ходил по травам,

И плыл в закаты белый теплоход,

Принадлежали мне тогда по праву

Твоя любовь, тепло твоих забот.

Но как в кино, где смена эпизода

Вдруг обрывает временную нить,

Исчез тот мир… Иное время года

Спешит снегами мир тот заслонить.

Я знаю: ты ни в чём не виновата.

И нет на мне, увы, большой вины.

Виновных нет. Есть только боль утраты

И мёртвый холод вечной тишины.

Есть этот мир, где так светло и пусто,

Где всё как будто снится наяву,

И где со всем своим большим искусством

Я только притворяюсь, что живу…

«Ну вот, подписан приговор…»

Ну вот, подписан приговор,

И срок уже определён.

И, словно выстрелом в упор,

Я этим сроком пригвождён,

За этим сроком кончен бал,

Погаснет тихо в зале свет —

Я отшумел, отвоевал,

И вот меня уж больше нет.

А мне по росе бы бродить

И снова встречать бы рассвет,

А мне бы смеяться, любить

И песни допеть бы куплет.

Но не допев, не долюбив,

Не досказав последних слов,

Уйду туда, где, всё забыв,

Я не увижу даже снов.

И на карниз выходит путь,

Но обрывается карниз,

И мне назад не повернуть,

Таков, увы, судьбы каприз.

А мне бы взлететь в облака

И лёгкою птицей парить,

Мне крылья дала бы строка,

Чтоб новые песни творить.

Но я не бог и не могу

Продлить свой срок, короткий срок,

Теряю силы на бегу

В загоне дел, в обрывках строк,

И каждый миг мой неспроста

Зажатый в горле комом крик,

Но… Суета, всё суета.

Как краток срок, как долог миг.

И к чёрту послав все дела,

Любуюсь ромашкой простой,

Лишь только б ромашка цвела

За этой пустой суетой.