Теория невероятности

И нет никакой возможности это безобразие прекратить, потому что обе Высокие Стороны довольны получаемыми дивидендами: бизнес – деньгами, модники – причудливыми фасонами, вызывающими вначале недоразумение и смех, а после зависть и удовлетворение. И никто никогда не откажется от этой игры. Чем не вечный двигатель?..

Варвара закрыла рот, когда… услышала про вечный двигатель, вскочила и плеснула мандариновым соком из стакана в лицо Яше. Секундами раньше, её мозг определил, что Мухоморкин не тот человек с кем можно рожать детей и тащить чемоданы на белоснежный лайнер, и накатившееся возмущение пролилось на Яшу.

– Идиот конченный! – подвела итог Варвара своим действиям. – А прикидывался умным…

Яша опешил: на её лице он застиг то же выражение, что вероятно было и у Иоанна Грозного за секунду до убийства сына. Варя грохнула стулом, воткнула свою вилку в недоеденный Яшей хлеб и солдатским шагом рванула к выходу.

Кавалер очень расстроился случившимся. Особенно донимало, что он остался не понятым, а также, жаль было зря потраченных денег на мандариновый сок и котлету.

Он не мог вспомнить, чтобы Варвара ела котлету, но и в тарелке данного мясного блюда не наблюдалось. «Неужели с собой забрала?» – мелькнула у Яши обидчивая мысль. Он допил водку, вытрусив последние капли из графинчика, доел хлеб, и внутри пуще прежнего болезненно заскулило, потянуло на серьезный разговор.

Тут то и подсела к нему за столик без спроса разукрашенная девица лет двадцати с болтающимися побрякушками на всем, за что можно было бы зацепиться.

– Поскучаем вместе? – предложила она с девственной улыбкой на губах.

– Ага, – произнес Яша и, устремившись к своим мыслям, продолжил: – Как распознать искренние чувства и глубокое понимание темы от простого инфантильного торгашеского интереса? Никак! – отвечал он сам себе. – Разве что покопавшись в подсознании конкретного индивида…

Девица встала и молча ушла. Яша не очень расстроился, так как не видел в ней надежного слушателя.

Но она снова подошла к столику и без всяких предисловий спросила:

– Может, угостишь даму водкой, милый? – и наклонилась к нему, поднеся к глазам широкий вырез декольте и то, что было там внутри. А там было…

– С удовольствием, но денег нет. А ты не одолжишь? Я после, ей-богу, отдам, – ответил Мухоморкин вопросом на вопрос, внимательно вглядываясь в разрез декольте. Перед его взором предстала гористая местность в виде латинской буквы «W».