НИКТО, НЕКТО и ВСЁ. Забавный черновик – 3

– Это же классический вальс! – вынес обвинительный приговор НЕКТО.

– Да, вальс: а что же ещё? – сказал НИКТО. – А почему ты не обратил внимание на слова: «Прощай, красавица моя, я пью твоё здоровье. Надоедать не стану я тебе своей любовью…»? Ни на какие ассоциации не наводит?

– Наводит! – ответил яростно НЕКТО. – На ассоциации сумасшествия!

– «Старый мир! Вот и окончен пир! Все разошлись давно! Скучно и чинно! Зря мы явились в него…» – твои слова?

– Мои.

– Созвучия с Бёрнсом не слышишь?

НЕКТО ничего не ответил.

– А продолжения темы тоже никто не слышит? – спросил НИКТО. – Как и раскатов грома?.. Запаха озона?.. Этого ничего нет?

– Не слышу, не вижу и не ощущаю! – упрямо стоял на своём НЕКТО.

НИКТО, не присаживаясь на стул перед пианино, исполнил теперь «Красавицу» без вокала: репетиционная наполнилась и раскатами грома, и не только. Он сыграл жёстко, предельно жёстко, на септаккордах, в сопровождении басовой партии на самых низах, как нельзя, более форте: так, что – казалось – старенькое пианино не выдержит этой мощи и превратится в хлам.

– Я даже предложил бы другое название этой песне, – сказал НИКТО, когда звуки стихли. – «ПРОЩАЙ, РУСКАЯ АЛМА-АТА, затерявшаяся на бескрайних просторах СССР, агонизирующего существа, БОЛЬШЕ ИЛЛЮЗОРНОГО И ЭФЕМЕРНОГО, ЧЕМ ЖИВОГО».

– Причём здесь руская Алма-Ата? – фыркнула Йоко. – Почему не солнечный Магадан?

– А я знаю, почему: потому что Магадан солнечный! – съязвил НЕКТО.

После этого все, за исключением НИКТО, должны были дружно повеселиться, поскольку предложение о переименовании «Красавицы» никем не воспринялось всерьёз, но этого не произошло. Рассмеялся один НИКТО. Остальные смотрели на него – понятно, как на кого.

– НИКТО, мой добрый совет тебе, – саркастически отреагировала Йоко, – никого, кроме нас, в свои идеи больше не посвящай! Чтобы ненароком не случился конфуз!.. Теперь относительно Бёрнса: а, может, нам хором засесть омузыкаливать всего шотландского Пушкина, от начала и до конца? Лет на пять, я думаю, работы хватит.

НИКТО никак не оценил ядовитую доброту Йоко к себе и к Бёрнсу. (Ему было безразлично, что она думает на этот счёт.) ВСЁ оценил её в полной мере:

– А что: омузыкаливать можно только НЕКТО? А также только то, что порекомендует Йоко?

– А хоть бы и так: неужели не видно, что мы движемся в пропасть, в дилетантство, в самодеятельность!

– Ответить откровением на откровение? – спросил ВСЁ.