Шаг в окно

Это ты должна заучить. Посмотри на меня внимательно. Еще раз повторяю: приземлиться, понимаешь?

Я, не отрываясь, глядела в ее чёрные глаза.

– Не место тяжелой мысли в воздухе. Ясно? Она тянет вниз за собой. И не важно, за какое такое прегрешение ты себя коришь. Это может быть грубое слово твоё, это может быть невинный обман. Главное, что ты сама об этом думаешь. Поэтому я и говорю тебе о Наталье. Она не такая, как ты. С неё многое как с гуся – вода.

Наташа тем временем перестала выписывать в воздухе восьмерки.

Пилоны прекратили свой дикий танец свободы. Настала тишина, и мне было слышно, как тренер жадно глотает ледяную воду из кулера.

Во время тренировки и после нее всегда хотелось пить, и кулер, стоявший в нашей студии, был желанным предметом. Мы, полуголые, в жаркой испарине, с синяками на самых неожиданных местах пили из пластиковых стаканчиков, окружив кулер со всех сторон. Стайка женщин с горящими глазами, не согласные мириться с метами времени на теле.

Коллеги с моей работы, те, что целыми днями сиднем сидели в удобных ортопедических креслах и пялились в экран монитора, уже давно забыли о свободе движений и жаловались на болячки.

Посмотрели бы они на Наталью! Гибкая, как сиамская кошка, она пила воду из пластикового стаканчика так изящно будто вкушала божественный напиток из тонкого хрустального бокала на длинной ножке, но в то же время хищный взгляд Натальи говорил: “не тронь мою добычу!”.

Опустошив стаканчик, Наташа танцующей походкой, приблизилась к нам и грациозно уселась на третий пуф сумасшедшего желтого цвета.

Теперь образовался треугольник с перекрестными взглядами.

– Ну что, Марианна запудрила тебе мозг своей проницательностью и способностью угадывать характер по глазам? – иронично спросила меня Наталья.

Я молчала. Голос до сих пор не вернулся ко мне, но я обнаружила, что могу шевелиться. Тело моё было расслабленно, зато в голове все словно встало на свои места, и я была предельно сосредоточена. Ну мне так казалось… Что там Наталья про глаза сказала? И Марианна: “А глазки-то зеленые”? Хотя я всю жизнь считала свои глаза больше серыми, чем зелеными.

– Не удивляйся, но наша мудрейшая Марианна Васильевна считает, что по цвету глаз можно судить о человеке.

Я краем взгляда заметила, что Марианна поморщилась при этих словах и беззлобно хмыкнула вроде как “Мели, Емеля – твоя неделя”.

– Допустим, у меня голубые глаза. Из этого следует: в полёте для меня нет пределов ни в высоте, ни в длительности.