Рассказы за 4 лайка

– Вы должны его увидеть, душа моя! Приезжайте, взгляните на него, Лика? Но вдруг он напугает вас или будет противен? Знаете, он своеобразен. Хоть одним глазком взгляните, а если захотите, то хоть весь день любуйтесь! Вот прямо завтра приезжайте, прошу вас!

– Обязательно приеду.

– Завтра?

– Может, не завтра…

– А ещё знаете, он поёт! О, как чудно он поёт… Хотите послушать? Он споёт для вас, милая Ликочка. Погодите секундочку. Не кладите трубку.

И я тут же поднёс его к трубке и погладил по животику. Он внимательно посмотрел на меня, выдержал паузу, но тут же запел свою прекрасную песню.

– Красиво, Лика? Ну, ведь прекрасно? Правда, красиво? Вам было хорошо слышно, дорогая? Этот старый телефон совсем плох…

– Очень красиво. Послушайте, дорогой друг, мне пора, я не могу больше говорить…

– Да, конечно, Ликочка, дорогая. Простите, что разбудил вас. Но вы обязательно приезжайте посмотреть на него! Да что же я… Даже не спросил, здоровы ли вы? Всё ли у вас в порядке? Впрочем, не смею больше держать вас, моя Ангелика.

Она легонько положила винтажную трубку телефона на винтажный рычаг телефона.

– У вас кровь.

Я напугано оглянулся. Это была Шура – молодая девушка с сухими сиреневыми волосами до плеч. Она куталась в домашний синий халат, стоя в домашних тапочках в зябком жёлтом коридоре. Шура снимала соседнюю комнату, на оплату которой уходило половина её зарплаты с частного учительства. Она давала уроки престарелым мужчинам.

Я даже не слышал, как она вышла сейчас.

– У вас кровь, – повторила она сонным голосом.

У неё были очень худые ноги и острые скулы, и болезненные впалые глаза.

– Так это я поранился. Нечаянно. Ерунда, – я стал рассматривать пропитавшиеся красным бинты.

– Давайте, я обработаю вашу рану?

– Так я уже сам… это самое, обработал. Так что спасибо вам, голубушка, не стоит.

– Рану нужно хорошо обработать, а то она загноится и случится у вас заражение крови! – она сделала шаг ко мне, а я от неё.

– Вы, любезная Александра, излишне беспокоитесь…

– А что это там у вас? – она смотрела на сверток полотенца в моей руке.

– Ничего! – слишком скоро ответил я и спрятал сверток за спину.

Только бы он не запел прямо сейчас.

– А что это вы не спите так поздно, Александра? – я сразу перевел тему.

– Так уже не поздно, родненький, а рано.