О грустном и смешном

Этот фильм очень сильно запал ему в душу! Он смотрел его во все глаза, затаив дыхание! В какие-то моменты он кричал, помогая нашим партизанам, моментами смеялся, а в конце фильма, даже не выдержал и заплакал.

Теперь ему хотелось всё это испытать на себе, в «лесных дебрях» бабушкиной малины. Да и сараев всяких, у бабушки было предостаточно, где можно было надёжно спрятаться от врагов.

2

Когда приехали к бабе Фросе, Сёмка её чмокнул в щёчку, для порядка, и тут же поинтересовался – дома ли Люда и Маринка.

Они были дома и он обрадовался! Осталось только уговорить тётю Лизу, их маму, чтобы она отпустила девочек погулять с ним в саду.

Сад был большой! С одной стороны стоял бабушкин дом, а с другой стороны дом Беляевых. А Беляевы – это крёстный, тётя Лиза, и их дочери – Маринка и Люда. Всё это расстояние, между двумя домами, было разбито под сад, и вдоль всего сада, с обеих сторон, густо росла малина. И если забраться в эту малину с одного краю, то можно было на четвереньках, или согнувшись, перейти весь сад, почти незаметно.

Тётя Лиза отпустила Люду гулять, а вот Маринку – нет. Она помогала дома по хозяйству. Сёмка погоревал, но не долго – придётся партизанить вдвоем! Он, коротко, рассказал Люде план действий и они нырнули в малинник.

Осталось только выбрать, кто будет вражеским солдатом, за которым они будут вести слежку. Больше всего для роли вражеского солдата подходит баба Фрося – подумав, решили они.

Они притаились в кустах и стали ждать, когда появится враг. А врага, как назло, всё не было!

– Ну где же она? То есть он! – тут же поправил, сам себя Сёмка.

Стало становиться скучно. Они сидели на корточках и ковыряли палочками в сырой земле.

– Ой! Баба Фрося идёт! – вдруг, шёпотом, сказала Люда.

– Не баба Фрося, а вражеский солдат! – напомнил Сёмка.

– Тьфу ты, забыла! – прошептала виновато Люда. И они притихли. Проходя мимо партизанских кустов, баба Фрося размышляла вслух, ничего не подозревая:

– Куда этот сорванец делся? Может у Беляевых? А колы нема, то пиду шукать за ворота. Вот морока!

Когда она прошла, партизаны тихонько захихикали и осторожно поползли по кустам, следом за бабушкой, не упуская её из виду.