Орнамент. Стихи 1978—2020 гг.

Врасплох и это утро нас застало.

Но каждое движенье разрушало

молчание. Уже обречено

беспечным гулом улиц стать оно,

бумажным шорохом и скрежетом вокзала.

День проживу, как будто в забытьи,

знакомый ритуал исполню строго.

Вдохну, коснусь, глотну на полпути

тревоги, сплетен, солнечного сока.

Торопит, ждет, но вовсе без предлога

я встану вдруг, очнувшись посреди.

Из «Стихов, записанных утром»

1.

Продлить бы чтение на протяженность дня

от утренней прохлады до вечерней —

вот маленькая тайна бытия.

Когда и я, как царский виночерпий,

мог пригубить до пира, до начала

скрепленья символов и до перемещенья

теней по циферблату. Слишком мало

и так не к месту мое прошенье.

Сместилось солнце вверх, определилась тень,

но я, я буду к этому стремиться,

под спудом ясности хранить преддверья лень.

А там, там как мой царь распорядится.

3.

По черной лестнице добра и зла,

когда все спят, и нет стесненья воле,

и кофеин подхлестывает мозг,

так двигаться легко, она сама несла

очередным витком.

вверх, вниз – уже ни зги, уже растаял воск.

С одним привыкшим к логике умом

там, в темной бездне или на вершине,

наощупь двигаться за эхом троекратным,

разочаровываться всякий раз в прямом,

и путать шаг от следствия к причине.

И нет ступеней, что ведут обратно.

9.

…какой-нибудь маленький знак,

нитку в руке, свет на стертом пороге

или особый лица поворот.

Я бы сберег, как последний пятак

за щеку прячет калика в дороге:

вспомнит и судорогой кривится рот.

И соглашусь, и любой из ролей

буду привержен, усвою рисунок,

мысли и речь, как судьбу, затвержу

и предаваться ей буду смелей.

Ну подскажи еще довод, рассудок.

Только-то нитку в кулак и прошу…

10.

Ни бросить взгляд, ни фразу обронить…

И круг забот, и все, что только снится,

уйдет штрихом с волосяную нить,

оставит след на чистовой странице.

На краткий миг, что к жизни ты привит,

когда все смысла ищешь в ней иного,

допущен ты узнать свой алфавит

и выписать своей судьбою слово.

Что ж, каллиграф, ты с делом не знаком?

Да скрой свой вздох: восторги и печали

отметит иероглиф узелком

и непрочитанным останется в скрижали.

12.

От капищ и божниц, от рынка и от книг,

от терпких вечеров, от скорби мировой,

от ветреных пиров, от стягов, от резни

мне чашка белая с полоской золотой.