Мой потерянный рай

Григорий, больше всего на свете ненавидящий женские истерики и слёзы, неумело прижал её к себе и стал ласково гладить по волосам.

– Успокойся, девочка, слышишь, успокойся?! – неожиданно для себя Григорий вдруг с нескрываемой нежностью обнял девушку и, отведя от лица её подрагивающие руки, принялся целовать заплаканные глаза, щёки, покрасневший от влаги нос. Юстина, перестав плакать, обвила руками его шею и, уткнувшись в неё носом, тихонечко засопела. Снова оказаться в мужских объятиях было очень приятно, а, главное, надёжно.

– Успокоилась, вот и умница! Послушай, если всё так, как ты мне рассказала, то я ничего не понимаю! Давай сделаем так! Момент, – Григорий вытащил из кармана пиджака мобильный телефон. – Один звонок!

– Угу, – кивнула Юстина, крепко сжав его свободную руку. – Господи, я сошла с ума, и ты вместе со мной!

– Алло, Михалыч? Здорово, это Григорий беспокоит! Узнал? Богатым буду.

Юстина вся обратилась в слух.

«Что значит „один из нас“, куда я попала?»

Она встревоженно смотрела на Григория, а тот, отключив связь, засунул телефон обратно в карман и прищурился, пристально глядя на Замойскую.

– Скоро мы всё узнаем, а пока я задам тебе несколько вопросов.

– Задавай!

– Расскажи мне о себе!

– Пожалуйста, только какие именно аспекты моей жизни тебе интересны? – Юю пожала плечами. – В разводе, детей нет, сирота, из родных – вдова моего отца.

– Вы с ней часто общаетесь?

– Достаточно регулярно для бывших родственников.

– Угу, состояла ли ты в интимной связи с Дэном?

– А это здесь причём? Ну ладно, нет, не состояла! Следователь тоже спрашивал меня об этом! Господи, неужели обязательно, если сотрудница – значит любовница?

– К вопросу о следователе, ты хоть понимаешь, что можешь стать главной подозреваемой? Судя по всему, ты там наследила изрядно! К тому же органы будут интересоваться, как ты проникла в дом, а вариант с телепортацией вряд ли прокатит! Тебя или засадят за решетку или упрячут в психушку.