Свистопляска

У тебя из-под носа. Ещё и к тебе наведаются, «за компанию».

– А не звездишь ли ты, сосед? – отодвинулся от назойливого собеседника Макарыч. – Мало ли кого на допросы таскают? Может, свидетелем он проходит? Ты же не знаешь, наверняка. Или статья у него – мягкая. Дадут «условку», ну, или штраф какой-нибудь наложат. Сейчас по экономическим послабления вводятся. В новостях передавали. А ты ему уже приговор вынес, по всей строгости. Прокурор хренов…

– Хэт, дурак! Забыл, где живём? Раз уж взялись трясти – не отстанут.

На следующее утро Макарыч пошёл к Аникину, на «воспитательную беседу».

– Говорят, ты никак к Чувиловым в гости ходишь? По ночам…

– Кто говорит-то? – забегали глазёнки у Аникина. – Добрые люди спят по ночам, а не шпионят за соседями. Скоро уже пукнуть не дадут у себя в доме. Развели бдительность.

– Так было, нет? Трава там на участке примятая. Видно, ходил кто-то. «Помогал» по-соседски.

– А я причём? Если на то пошло, и с тебя можно спросить. Не ты ли позарился на чужое добро?

– Тут многие, смотрю, перевозбудились.

А статью за хищение чужого имущества, между прочим, еще никто не отменял.

Аникин напрягся.

– Чё это ты опером заделался?

– Не люблю, когда у своих крысятничают.

– Сказанул! Они что ли тебе – свои? Буржуи?

– Нужно всегда оставаться людьми – осадил его Макарыч. – Жизнь любого может шибануть. Завтра у тебя, допустим, баня сгорит. Начнешь отстраиваться. Что, я не помогу по-братски? Ты сколько раз у меня инструмент брал?

– Ладно, чего там – пробурчал Аникин.

 – Погорячились маленько, оба хороши. С утра в магазине поцапался с одной. Стоит, выбирает три часа. Погода еще дурацкая…

Макарыч решил для себя так – отгонять мародеров, пока хозяева не объявятся. Он ни перед кем сроду не выслуживался, но был за порядок. Ещё батя учил его с малых лет: не твоё – не тронь! Тому же учили в школе, в армии…Вон в 90-ые дали «свободы», и пошло-поехало. На дачное общество регулярно совершались налеты. Вырывали двери, били окна, выносили всё подряд.

А на память о себе могли наложить кучу посреди хозяйского стола. Один раз Макарыч шуганул «залетных», которые по осени вломились к нему «на огонёк». Благо, от отца у него осталась старенькая «двустволка» да коробка с патронами. Пальнул разок, на испуг – «гостеньки» и дали дёру.

Теперь, кроме своего хозяйства, приглядывал еще за домом Чувиловых.

– Ты у них навроде сторожевого пса что ли? – подначивал его Никитин. – Так они тебе даже «спасибо» не скажут.