Эмпирика любви, Евангелие от…

Как крик роженицы, – «Мести!»

Как крик ужаса, – «Мести!»

Как крик о помощи, – «Мести!»

Вселенский хаос

в солнечной комнате,

разрушающий

и чувства, и сознание, и надежды, —

все…

… Сколько способов

у человечества,

чтобы разрушить любовь?

Мораль общества,

законы и среда,

семьи и родственники,

догмы и формы,

слезы родителей,

глаза детей,

лживые друзья,

бюрократия чиновников…

Честолюбие и спесь,

Самомнение и хамство,

Зависть и гордыня,

Ревность и корысть,

Тщеславие и лицемерие,

Высокомерие, трусость и —

Себялюбие зверя,

Мести!.

И – уже собственное —

недомыслие,

неграмотность,

просто слабость…

И – совсем уже пошлое —

квартирный вопрос…

И – совсем уже низкое, —

низкое, до потери сознания,

до извращения материнства:

запреты на сына,

изменение фамилий,

кликушество на папертях,

письма в РОНО и парткомы

(телевидение еще не разыгрывало шоу грязи)

…ссоры и слезы,

обещания и обманы,

ложь и подтасовки…

Цивилизация – в Действии,

Эмансипация – в Ярости,

Самоутверждение – в Ненависти.

И… ДО – МЕР-ЗОС-ТИ – «МЕСТИ!»

…Так сколько способов отнять,

когда не умеешь дать?

Сколько способов разрушить,

когда не можешь создать?..

…………………………………

…И ни неба не видно, ни земной версты, —

все занесло порошею.

И только внутри – клочок чистоты,

маленький, как горошина……

…И глухая не проходящая боль

перед обратной стороной мира,

перед открывшейся чертой женщины,

перед двоякостью рода людского.

Черта зверя,

Черта – хищника,

Защищающего Себя…

«…С любимыми не расставаться…»

…С любимыми не расставаться?..

Нет, расставаться, хоть на миг.

Но не прощаться, не прощаться…

…Когда – вдали, среди других,

В работе, музыке и в споре

Всегда носите их с собой.

Иначе…

…Как же ты иначе

Узнаешь кто любимый твой.

И только позже придут слова, написанные той болью:

««Той женщине, что любишь до конца…»

«Той женщине, что любишь до конца,

стихов не пишешь.

К ее рукам идешь нежней тельца,

как тень неслышим,

И говоришь: Тебя люблю,

возьми дыханье.

И, веришь, дня не оскорблю

другим признаньем.

И, знаешь, мелким не понять

огромность радости

в твоих ладонях засыпать

и утру радоваться.

И не страшней

ни боль детей, ни смерть отца

потери той,

кого ты любишь до конца».