Параллельные стихи

От британца последовал ответный дружеский жест – угощение пивом и долгий рассказ о Туманном Альбионе.

Вспоминать поездки с Димой можно бесконечно. Подпортить впечатление от них могли только чрезмерные возлияния. В этом он вёл себя также широко. Однажды, правда, благодаря этому Дима вернулся к написанию стихов. Поэзией он начал увлекаться ещё в юношеские годы, потом были прекрасные строки для Юлии – его первой жены.

И было ещё долгое творческое затишье. И вот в Египте, где с нами был Сергей Осипов, на Диму снова нахлынуло желание рифмовать.

Рифмовать прямо и просто – как в «Гаврилиаде». И он писал. На рекламных листовках и на салфетках, найденных в номере гостинице или в кафе. Гаврила служил и кутил, и был послушным и непослушным мужем… Те вирши могли бы и забыться… Но через них, уже в Москве, Дима вернулся к настоящей поэзии. Чтобы уже никогда с ней не расставаться…

Виктория КАЙТУКОВА

Рождение поэта

Грехи

Мои стихи – мои грехи,

Неискупленные когда-то.

Как с Первой мировой войны

Непогребенные солдаты,

Как преданная мной любовь,

Как неродившиеся дети,

Как все те слезы, вся та кровь,

Что пролиты на этом свете.

Надеюсь, строчкой отмолю

Свои грехи, свои надежды…

О Боже, дай сказать «люблю»,

Как говорил я это прежде!

Скит

Когда бумаге предпочту

Берестяной хрустящий свиток,

Когда пьяней вина сочту

Ручья искрящийся напиток,

Когда срублю смиренный скит

Под сенью кряжистого кедра,

И будет крест железный вбит

В его стареющие недра,

Когда свой бренный дух предам

Прекраснейшей на свете схиме

И стану тихо, по слогам,

Разучивать природы имя,

Когда, как истый схимник встарь,

Читать я буду Бога ради

Неканонический стихарь

Своей потрёпанной тетради,

Когда зелёный окаём

Вокруг лазурной чаши свода

Начнёт дымиться сентябрём

И станут остужаться воды,

Когда однажды, при луне

Войду в свой дом под пенье петель

Тогда, быть может, я вполне

Пойму, зачем живу на этом свете.

Сонет (Я переплавлю боль в стихи)

Я переплавлю боль в стихи,

И слабость превращу в поэму,

И, искупив свои грехи,

Открою счастья теорему.

Я злость перекую в перо,

Я слёзы перелью в чернила,

Что было серо и старо –

Там будет совесть, страсть и сила.

И я преодолею страх

Пред новым или неизбежным.

Что было в сумрачных тонах,

Я перекрашу в цвет надежды.