Друзья-соперники

На стипендию Лены покупали пирожки и мороженое, лимонад из автомата за копейку (не всегда мы были в состоянии пить газировку с сиропом даже за три копейки).

В студенческой столовке можно было перекусить за двенадцать копеек, взяв «первое», какой-нибудь гарнир и стакан чая. Бесплатный хлеб лежал на столах в тарелках.

Окончив училище, Лена получила направление на работу в далекий сибирский город.

Я на тот момент жил в родном поселке у одинокой женщины, сдававшей мне комнату в своем доме за такую же сумму, что и мачеха.

Поначалу жить у нее мне понравилось – ни перед кем не надо отчитываться, сам себе хозяин, но потом и ей завладела алчность и «из любопытства» залезла в мой чемоданчик, позарившись на заначку и даже на электробритву…

Ушел на другую квартиру.

Пролетело лето, Лене пора было ехать по месту отработки. Я отправился за ней, как декабрист…

Ветры перемен

На новом месте в сибирском городке Лену приняли в аптеку фармацевтом, я пошел работать в шахту доставщиком-такелажником.

Устроились на съемной квартире, но попали к сектантам. Каждую субботу в соседней комнате собирались верующие баптисты. Хозяева включали большой ламповый радиоприемник, настроенный на радиостанцию «Голос Америки», слушали проповеди и громко молились. Мы с Леной через стену слышали «вражьи голоса», чувствуя себя словно не в своей тарелке.

Хозяева попытались было «завербовать» нас. Дед с окладистой бородой, елейным голосом звал послушать проповедь, расписывал прелести милости божией, но мы были, как тогда говорили, – «стойкими советскими патриотами и комсомольцами».

Вообще-то хозяева были добрыми людьми, мы им благодарны, что приютили нас на первое время.

Вскоре на работе узнали о тех, у кого мы живем. Меня вызвали в шахтком комсомола и «поставили вопрос ребром» – не поддались ли мы влиянию сектантов?

Я честно рассказал, что попытка была.

Мне предложили сменить квартиру. Я возразил, что пытался найти, но безуспешно. Двоих молодых, еще подозрительно не расписанных, нас не хотели брать. Казалось, выхода нет…

Выход предложил секретарь комсомола, пообещав поговорить с руководством шахты о выделении нам комнаты хотя бы в бараке без удобств.

Меня не смущало тогда это «без удобств», но зато впервые в жизни «свое» жилье. Лена тоже обрадовалась.