Блеск и нищета сумасшедших

 – На видном месте же было?

– А хуле ты сам не пошёл на дело, раз такой умный?

– ВЫ ОХУЕЛИ, ЧТО ЛИ? – орала Жанна Ивановна. – ВЫ СОВСЕМ ОХУЕЛИ? ОТКРОЙТЕ ДВЕРИ! БАРЛЕЕВ! Я ТЕБЕ ЭТОГО НЕ ПРОЩУ! ВСЮ ЖОПУ ЗАКОЛЮ, СТОЯ СРАТЬ БУДЕШЬ!

– Они таблетки из процедурки украли! – кричала Рая.

Тем временем ребята отделили все лекарства, которые хоть как-то «вставляют», поделили их между собой и сожрали, запив водой из-под крана. Улов был небогат: каждому досталось по четыре таблетки циклодола и по две карбамазепина, а Стасу и Фарику, как самым главным, перепало дополнительно по пять колёс феназепама.

– Я ЗВОНЮ ИГОРЮ НИКОЛАЕВИЧУ! – орала Жаба.

Лысый встал у двери и держал её. Стасик тем временем отошёл от неё и выпил свою порцию таблеток.

– Пизда нам! – констатировал Фара.

– Кто не рискует, тот не пьёт шампанское! – ответил Герман.

Игорь Николаевич тем временем уже пришёл из другого отделения и стоял под дверью.

– Мамедов! – кричал он. – МАМЕДОВ, БАРЛЕЕВ И КОМАРОВ, И КТО ТАМ ЕЩЁ В ТУАЛЕТЕ! ЕСЛИ ВЫ СЕЙЧАС ЖЕ НЕ ОТКРОЕТЕ ДВЕРЬ, ТО Я БУДУ ПОДАВАТЬ ДОКУМЕНТЫ НА УСИЛЕНИЕ РЕЖИМА!

Это были волшебные слова.

На усиление режима никто не хотел – это означало продление принудки минимум на пару лет, плюс ещё интенсивное лечение со страшными уколами. Ещё раз порывшись в раковине, Стасик убедился, что всё, что хоть как-то прёт, было съедено, и скомандовал Лысому:

– Открывай, братан, будь что будет!

Дверь открылась.

Игорь Николаевич обрушил на них весь свой гнев:

– ДА ВЫ СОВСЕМ ОХУЕЛИ, ЧТО ЛИ?! – орал он.

 – ВСЕХ ИЗ ТУАЛЕТА НА ВЯЗКИ В СЕДЬМУЮ ПАЛАТУ! ВСЕХ ДО ЕДИНОГО! ПЕРВАЯ ПАЛАТА ПЕРЕЕЗЖАЕТ В СЕДЬМУЮ!

– Так Мамедов ещё подмазывался ко мне, отвлекал, а я поверила, что он извиняется…

– Хуй бы я извинился! – улыбнулся Фара. – Я же лично видел твоего мужа на велосипеде! Игорь Николаевич, примите меры, её колхозный ёбырь опять за казённым мясом приезжал!

– Ой, ой, с сердцем плохо, дайте корвалол! – запела вновь тётя Рая.

Тем временем Игорь Николаевич и санитар из соседнего отделения вязали принудчиков. Изначально на это дело хотели позвать Палыча, но тот даже не проснулся.

– ТЫ ЕЩЁ ЗА ХУЙ МЕНЯ ПРИВЯЖИ, АХАХАХХАХА! – Крикнул Добрый.

– Поговори мне, поговори! – ответил Игорь Николаевич. – На спец-режим уедешь!

Но все знали, что на спец никто не уедет. Дело ограничится вязками и уколами.

– От души провернули, пацаны! – засмеялся привязанный Герман.