Гимн комару. Премия им. А. А. Блока

Визиты близких и знакомых

Уже не радуют его.

Я встал. – Прощай же, друг, звони!

– Эй, шеф! До Кунцева – гони!

XXIII

День к вечеру… Машина мчится,

Попав в зеленую волну,

И расступается столица,

И я в ней попросту тону.

Тону – захлестывает память,

Арбат, Садовое и вниз —

К мосту. Прости, что отвлекаюсь,

Читатель! Это мой каприз.

Пойми, Москва и я – одно,

Так повелось уже давно.

XXIV

Так жизнь устроена везде:

Грибы растут в лесу сосновом,

А рыбы малые – в воде.

Пингвины – в климате суровом

Антарктики; вся тварь жива

Свой ареал предпочитает.

И пусть меня всю жизнь бросает

Туда-сюда… но есть Москва!

Под эту мысль автомобиль

К главе четвертой прикатил.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

I

О, эти спальные районы!

Утесы белые домов,

По ним узоры огоньков —

Глазницы окон воспаленных;

Вдоль улиц чахлый строй дерев,

Магнитофон орёт с балкона;

Дворы, кусты, под вечер – стоны

И хохот захмелевших дев;

Их пареньки невдалеке

С девяткой «Балтикой» в руке.

II

Они, вернувшись в город с дач,

За лето жару накопили:

Каникул пору пережили,

Как поле пробежали вскачь,

И вновь за парту, вновь тоска,

А там зима недалека.

Живут, как бы скользя по льду,

Как в безмятежной полудрёме…

Мы их оставим в этой коме,

Поскольку я в подъезд войду.

III

Вы знаете, в Москве моей

Подъезды разные бывают;

Зависит это от людей,

Что в данном доме проживают.

Вот что встречаю постоянно:

Подъезд – как черная дыра,

На стенах надписи: Nirvana,

Спартак, «Рэп – кал» et cetera.

Свет не горит на этажах,

Разбиты окна, лифт зачах.

IV

Все это – отпрыски плебеев,

Что, от безделья сатанея,

Дабы досуг свой провести,

Готовы все вокруг снести,

Дом мрачной делая могилой…

Ах, как был прав профессор милый,

Что не любил пролетарьят!..

Однако, разворчался я.

Читатель, не брани Москвы!

Ведь всюду люди таковы.

V

Их не исправить и плетьми,

Поскольку время упустили;

И нынче в матушке России

Проблемы с умными людьми.

Никто не глянет дальше носа,

Чуть шире своего гнезда.

Живём, смешные эскимосы, —

Из ниоткуда в никуда.

Да я и сам с недавних пор

Зануда стал и резонёр.

VI

Вот подхожу к заветной двери,

Обитой в чёрный дерматин.

Звонок забился, неврастеник,

Один, другой, еще один…

Стучу, затем сильней… Как странно.