Постоянный страх

Вполне возможно, что он уже пропустил несколько, по пути своего следования, но это было не важно.

Посетителей не было, а аптекарша сидела и читала какой-то журнал.

Это была симпатичная девушка лет двадцати семи, с рыжими и длинными волосами, которые сразу бросались в глаза и подчеркивали ее приятную внешность. Возможно, в детстве ее лицо покрывали веснушки, но теперь от них не осталось и следа.

Она вздрогнула, когда руки Андрея упали на прилавок, но еще больше она испугалась, когда увидела, в каком состоянии находился посетитель.

Но даже в такой ситуации она не растерялась. Их аптека славилась хорошим сервисом, и уважительное отношение к клиенту являлось бесприкословным правилом. Собравшись, аптекарша, отложила журнал в сторону и произнесла:

– Чем могу помочь?

Андрей ответил не сразу. Гул в его ушах усиливался и уменьшался по постоянной амплитуде, так что он мог слышать лишь обрывки звуков из окружающего его мира, а во время пиков вперемешку с гулом он слышал что-то непонятное; что-то, что нельзя было объяснить.

Изредка проскакивало непонятное стрекотание вперемешку с резкими криками. Но Андрей понял, что у него спросили, и с трудом выдавил из себя:

– Снотворное… са… самое… сильное… пожалуйста.

Аптекарша видела, что посетителю плохо. Она хотела помочь. И вместо того, чтобы предложить что-нибудь, удовлетворяющее запросу клиента, она для начала произнесла стандартную в таких ситуациях фразу:

– С Вами все в порядке? Вам плохо?

Андрей опять ответил не сразу, и как-то обрывисто:

– Все… нормально… Дайте… пожалуйста снотворное…

– Может все-таки вызвать скорую?

– Нет! – сдавленный крик с большим трудом вырвался из его рта.

Девушка только вздрогнула, и больше никак не отреагировала. Человеку просто плохо, и ему нужна помощь, подумала она.

Аптекарша на самом деле хотела помочь, но Андрей находился в непонятном состоянии, и практически ничего не соображал. Можно даже сказать, что он не контролировал свои действия (по своей сути так оно и было).

Андрей уже начал загибаться, в прямом смысле этого слова. Он уже с трудом стоял на ногах, а лицо, обливающееся потом, казалось бледно-серым. Его покрасневшие глаза с трудом открывались, а скорее наоборот —закрывались, будто на веки кто-то повешал свинцовые гирьки.

– Я все-таки вызову скорую. – произнесла аптекарша и взяла телефонную трубку в руку.

– Нет! – крикнул неестественным голосом Андрей.