Дневник школьника уездного города N

Мент побежал следом. Второй, который записывал фамилии, уже стоял передо мной. Из головы у меня выдуло все мысли – я не мог ничего придумать. Перед глазами крутилась картинка, как меня забирают в участок, там вызывают мать, и она, отпросившись с работы, едет за мной. Как я буду смотреть ей в глаза? Она сразу вспомнит все мои старые грехи – очень неприятные, постыдные, о которых мы никогда не говорим – они табу – мы делаем вид, что их никогда не было… Я ведь ей обещал, что ничего подобного больше не повторится… И самое мерзкое, отчего мне хочется блевануть, – она поверила… Она мне поверила, а я, получается, ее обманул?

Мент оторвал голову от белого листка бумаги с выдуманной Авдеем фамилией, посмотрел на угол дома, где скрылись Тарас со вторым ментом.

– Куда это они убежали? – растерянно пробормотал он и медленно поплелся следом.

Я мельком заметил гигантские зрачки Авдея. У нас одновременно блеснула одна и та же мысль. Как только мент достиг угла дома, мы, не сговариваясь, рванулись прочь от лавки.

На одном дыхании мы бежали несколько кварталов, пока легкие у обоих жалобно не сжались от нехватки кислорода. Авдей жадно, как рыба, хватал ртом воздух. Я сложился пополам, пытаясь отдышаться. Когда я распрямился, Авдей уже как ни в чем не бывало курил сигарету. Он протянул пачку мне. Я помотал головой. Он пожал плечами и закурил еще одну.

Он стал жаловаться на то, что мы зря не прихватили с собой банки с ягичем – ему требовалась новая доза алкоголя. Он даже предложил вернуться. Я отказался. Перспектива попасть в лапы к ментам из-за того, что Авдею срочно нужно выпить, мне как-то не улыбалась.

Мы около часа бродили по окрестностям. Встретили знакомых Авдея. Он занял у них денег, и мы купили бутылку «Блэйзера» – ни на что другое не хватило. Уже стемнело. Мне нужно было бежать на автобус, потому что, если бы я не успел на последний рейс, пришлось бы идти пешком несколько километров в полной темноте мимо пустырей, гаражей, заброшек и леса.

Попрощавшись с Авдеем, я поехал домой. У подъезда я понял, что меня шатает – мог спалиться. Я подошел к росшей во дворе вишне. С наполовину ободранной ветки сорвал пару листьев – пожевал их, чтобы перебить запах алкоголя. Рот наполнился горькой слюной.