Чайка

Отец, наверное, ждал объяснений, но ей не за что было оправдываться перед ним и Карина, поравнявшись с отцом, развернулась и пошла в свою комнату.

– С этого дня ты тоже под охраной.– услышала она угрозу вслед.

Это ее встряхнуло, дочь остановилась и задала вопрос:

– А почему это ты в Маями начал вести себя так, как должен был вести себя в России, но не вел? Кажется, бандиты остались в ней!

– Да потому что я получил за эти три дня две долбаные угрозы!!! – он взорвался так резко и громко, что хрусталь в огромной шикарной люстре, висящей над ними, угрожающе зазвенел.

– С каких это пор мой отец боится угроз? – спокойно спросила Карина, даже не испугавшись этой странной буре, не типичной для ее сдержанного папы.– Это не в первый раз, насколько я понимаю, тебе угрожают. И, конечно же, не последний…

– На этот раз все серьезно. На этот раз на земле что нам, дорогая моя, принадлежит, найдено зарождение алмазов. Крупное и перспективное и меня вынуждают его продать!

– Мне не нужны эти алмазы, пап, лучше продай эту землю, – изумилась Карина, смотря в глаза отца и не узнавая его.

Дочь даже не верила своим ушам. Он словно помешался. Неужели можно так поехать по причине столь близких подруг – внезапная удача и внезапная смерть.

– Тебе ничего не нужно, ты не думаешь о будущем, о своих детях, о своей сестре? – задал он в недоумении вопрос. Кажется, папа действительно не понимал как его такая вдумчивая и обычно хозяйственная примерная дочь так вольно изъясняется по поводу реально ценной вещи – зарождение алмазов.

– Господи, пап, тебя не узнать. Что с тобой стряслось? Оставь эти алмазы в покое, тебе что, денег мало?! – Карина реально не понимала чего он от нее хочет.

– Ты так говоришь, потому что сама ни копейки не заработала!

Такого еще не было, он ее не попрекал деньгами никогда в жизни. Это был моветон, запрет в их семье, негласный закон. Который он сейчас преступил.

– А знаешь, ты прав.– произнесла Карина, вскинув подбородок, – У меня хорошее образование, я проходила практику в лучших компаниях Европы, мне уже давно пора бы начать жить отдельно от вас с мамой.

– Ты, кажется, не поняла? Тебя могут убить, и пока я не улажу этот вопрос, из дома ты выйдешь только с охранником! И то, когда я дам свое согласие! – папа был непреклонен и свиреп.

– Папа, если ты не успокоишься, я сейчас же соберу вещи и уйду.