Чайка

– Это лучше – пробовать жизнь на вкус, чем в двадцать три быть синим чулком, со статусом недотроги. Кажется, ты засиделась с книгами. Что на сей раз то читаешь? Зеланда? Кастанеду?

– Ошибаешься, это легкий любовный роман и я надеюсь дочитать эту главу пока мы не приземлились.

– Да, дочитай, потому что я намерена покончить с твоими книгами и мы будем гулять по городу, ходить по лучшим местам. Ты обещала мне это, когда окончила обучение пару месяцев назад в Германии. Но проходит время, а ты все та же.

Девушка нахмурилась и ничего не ответила, но сестра больше не донимала ее. А уныло посматривала в иллюминатор вниз на ночной город и накручивала золотистую прядь волос на палец.

Небольшой частный самолет начал снижаться, они пристегнули ремни и ожидали когда колеса коснутся земли.

Королек Птичка Певчая. Карина любила этот роман, даже сама не знала за что. И не так ее восхищал фильм, как сама книга. Этот текст, написанный мужской рукой от первого лица, от лица женщины очаровывал.

Маленькая птичка Фериде. Карина понимала, что она на нее в чем-то похожа. И даже не эта восточная внешность, доставшаяся ей от грузинки матери – большие темно-карие глаза, длинные густые темные кудрявые волосы и смуглая кожа. Но подходящий под эту героиню характер. Дикий, пугливый, с обостренным чувством справедливости.

Правда, Фериде была откровенно дикой, а Карина отстраненно дикой. И в ее жизни произошла похожая история. Она ждала что ее принц после ее учебы женится на ней. Но не случилось. И вот они едут в чужую страну, к отцу, который решил вдруг перевести все свои дела в Маями. И семью заодно. Навсегда.

Миллионер отец, который всегда знал как лучше будет его двум дочерям. Старшая Альбина, похожа на своего папу, уроженца Украины, светловолосая и эмоциональная жутко бунтовала по этому поводу.

Приземление не было мягким. Сразу же, как только колеса коснулись земли, они услышали хлопок и ощутили запах дыма. Выскочившая проводница тут же проконтролировала чтобы ее пассажирки надели кислородные маски. Салон наполнился дымом, а самолет начал опасно вилять и всем казалось, что он вот-вот перевернется или даже загорится.