Любовь и кое-что ещё

Дочь спасти она уже не успела, а мальчишку отбила и даже опекунства добилась. Но сладить с ним не может. И вот теперь совсем не знает, что делать.

Слёзы по морщинистому лицу потекли ручьём. А Кате так жаль стало эту недалёкую, но добрую женщину, что аж сердце защемило. Вот ведь как бывает. Сделал человек доброе дело, а оно ему поперёк дороги встало, ни обойти, ни объехать.

– Да вы не горюйте так, Анна Тимофеевна, – попыталась подбодрить её Катя, – что-нибудь обязательно придумаем. Мы же женщины, народ если и не слишком умный, как утверждают представители сильной половины человечества, то уж во всяком случае, хитрый и изобретательный.

Придумаем.

В глазах старой женщины загорелся огонёк надежды, а Катя надолго задумалась.

– Вы вот что, Анна Тимофеевна, – очнулась она, – вы пришлите ко мне внука вашего с поручением каким-нибудь. Завтра суббота как раз, я дома буду. Прямо с утра и пришлите.

– Дай вам Бог здоровья, Катюша, за ваше доброе сердце, – срывающимся голосом проговорила старушка, – может, хоть вы до него достучитесь, коль он меня не слышит.

На другой день, часов в десять утра раздался звонок в дверь. Старушка-соседка, видно, спешила исполнить уговор, пока Катя не передумала, и внук не запропал опять на целый день – где ходил, она понятия не имела, а он ничего не говорил.

За дверью действительно стоял невысокий худой мальчишка с шапкой тёмных вихрастых волос, плохо знакомых с парикмахерскими ножницами.

Вся его фигура выражала независимость, а глаза были настороженными и колючими, однако в самой их глубине Катя уловила едва заметную искорку детской растерянности и беззащитности. Сердце женщины дрогнуло. Ей до боли остро стало жаль этого обездоленного ребёнка, который изо всех сил старается показать себя самостоятельным и сильным. Но нужно было играть роль, как договорились.

– Тебе чего? – спросила довольно приветливо, но без особого интереса.

– Бабка передала вам вот это, – буркнул подросток, протягивая женщине небольшой пакетик.

– А кто твоя бабушка? – продолжала игру Катя, принимая передачу

– Да Анна Тимофеевна, со второго этажа, – так же неприветливо пробормотал мальчишка.

– Так ты Женя? – обрадовалась Катя. – Заходи, заходи в квартиру, что мы на пороге стоим.

– А чего заходить-то? – мальчик даже назад подался, подальше от обманчивого тепла, исходящего от самой женщины и из глубины квартиры.