Светлоглазая и Математик

Но ведь так же и со мной! Внутри я будто бы не окончена. Я смотрю на людей и вижу их более совершенными и целыми, чем я. И мне самой будто бы все время нужно бежать, просто чтобы догнать других. Они более целые. Они более развиты. В их душах нет дыр.

Я чувствую себя внутренне опустошенной, и эта пустота и надорванность, к несчастью, моя естественность. Постоянное ощущение того, что какая-то часть меня слишком ленива и нуждается в критике и жестокости. Постоянное ощущение, будто все, что я делаю, тоже не закончено и могло бы быть более совершенным.

И гнев. Злость на себя и мир, конечно. Зависть, что другие лучше. Раздражение, вызванное тем, что я – несовершенна.

Это моя естественность. Мое «внутри». Мое «будь собой». Хотят ли люди знать это? На самом деле, далеко не это является главным вопросом. Кто в этом мире естественен? Кажется, я знаю только одного такого человека.

Единозвучие после звездопада

Всегда ли работа Математика и Светлоглазой была героической? Однажды сразу после звездопада им пришлось вставать рано-рано утром, садиться на электричку, ехать за город и, аккуратно ступая в сиянии только что взошедшего солнца, собирать осколки упавших накануне звезд в большие брезентовые мешки.

– Даже звезды иногда падают, – сказала Светлоглазая, оглядывая широкое поле разнотравья, в котором укрытые белой сахарной пудрой снега лежали серебристо-хрустальные стеклышки. – В первый раз на таком задании. Грустно.

– Солнце вот тоже каждый день падает относительно линии горизонта, – сонно пробормотал Математик, спрятал зевок в воротник куртки и продолжил, – но что-то люди не торопятся его оплакивать.

И он откопал в снегу одну звездную скорлупку, взял ее обнаженной рукой, слегка встряхнул и извлек наружу маленький белый огонек, который, нежно посияв миру, тут же взлетел вверх.

Оставленные звездой осколки полетели в мешок.

– Они падают, чтобы разбить свою оболочку, – пояснил Математик, – и стать ярче. Иногда им трудно выбраться из-под останков своего прошлого, и тогда мы помогаем.

А дома Светлоглазая и Математик помололи звездные черепки в большой медной ступке, собрали получившийся порошок в зеленые сундучки, которые отдали матросам. В темных трюмах сундучки пересекли море, а в порту их встретил Песочный Человек – Оле Лукойе. По ночам он ходит от дома к дому, заглядывая в детские спальни, и посыпает хорошим детям своим сонным порошком глаза, чтобы они видели добрые сны.