Начало. Хроники Андрея Гарного

На работе, как всегда, посиделки, табачный дым, сердце от всего этого устало и болит. После отпуска меня встретили по-разному, кто в объятья, кто в штыки. Так и должно быть. Видел Володьку Киреева, сослуживца, музыканта, работающего у нас в Гохране на токарном станке. Он собрался жениться. Показал мне газету со своей фотографией. На фото он в шёлковом костюме стоит на сцене, с электрогитарой в руках, в составе ВИА «Апрель». Они заняли первое место на конкурсе ВИА в Москве.

Я купил карточку «Спортлото», 5 из 36.

Дал её заполнить маме.

22 апреля 1986 года, вторник

Заходил сегодня к Юрию Ивановичу в клуб, повторили номер «Ходит парень». Учит меня чечётке. Какие красивые у нас в клубе картины на стенах. Вышивка гладью, лучше, чем рисованные. Горы, закаты. Я в первый раз вижу такое. Ещё раз убеждаешься, как человек многогранен. Сколько в каждом из нас скрыто талантов.

Видел Таню, переглянулись с ней, поговорить не удалось.

Звонил Данила Перов, просил купить лимонад.

Завтра будем чествовать трёх именинниц из нашей студии.

Ходили с Женькой в кинотеатр «Правда» на фильм «Аплодисменты, аплодисменты». В главной роли – Людмила Гурченко. В зале сначала сделал замечание сидящим по соседству девушкам, строго сказал, чтобы перестали болтать. А потом бесцеремонно стал целовать ту из них, что сидела ближе ко мне. Мы целовались с ней весь фильм. Сказала, что учится в горном институте. Как зовут, не помню, а ведь она мне представилась и перед выходом из кинотеатра свой телефон продиктовала.

Возвращался домой на семьдесят седьмом автобусе. Третий раз попадаю в автобус с одной и той же безумной старухой, которая без передышки что-то лопочет. Сначала от неприязни к ней заболело сердце, а потом я расслабился, переменил к ней отношение и хохотал над её чепухой всю дорогу.

23 апреля 1986 года, среда

Николай Иванович сказал, что за свой счёт может дать только две недели. Я согласился на две.

Видел Таню, поговорили. Настроение поднялось, поплясал на работе для зрителей, посмеялся.

А потом опять весёлость ушла, скрылась как солнце за чёрную тучу.

В студию приехал злой и хмурый. Партнёрш моих не было, и Ольга Николаевна отправила меня на сценическое движение. Только там я понял, какой урон моей физической форме нанесли прошедшие три дня на работе. Пот катился градом, я стал задыхаться. Но чуть погодя разошёлся, ушло плохое настроение.

Придумали с Витькой новые приёмы для этюда.