Хроники Транквила: Порабощение

Хоть он и выполнял свою работу чуть лучше, чем никак, но всё же жизнь царя за это время ни разу не была в опасности.

– Такой жестокости никто не заслуживает. Убийцу поймали?

– Да, этой же ночью. Он не местный, скорее всего беглец с каких-то работ. Может, даже каторжник. От него ничего не узнать, потому что у него нет языка, он был отрезан и прижжён, но это, впрочем, уже не так важно, ведь его вина очевидна для любого. Дело настолько резонансное, что выносить приговор ему будет сам советник Короны по судебному делу Карниф Юдус.

– О, Сотни!

– Да, это ужасно, но я звал тебя не для того, чтобы делиться грустными новостями. Помнится, ты уже давно просишь меня о месте в Совете.

– Да. Я уверен, что справлюсь с такой должностью. Своё детство я провёл в столице, и знаю, что здесь к чему. Конечно, я собирался начать, допустим, с советника по дворянскому делу, но, видится мне, у тебя на своего сына более амбициозные планы, да? Иначе ты не вызывал бы меня именно после гибели тайного советника.

– Именно, сын мой. Как бы цинично это ни прозвучало, но со смертью Инфира опасностей для государства меньше не стало, даже наоборот, когда весть об убийстве человека из Совета разнесётся по Картраду, наши враги потеряют всякий страх и вылезут из своих нор. И из сложившейся ситуации я не вижу иного выхода, кроме как отдать этот пост своему самому доверенному лицу – своему сыну. И, воспользовавшись старым правом наших праотцов, я дам тебе чрезвычайные полномочия и, помимо прочего, кресло Главного советника.

Серо-голубые глаза Адриана округлились. Во время реплики отца он уже готовил необходимый ответ, но последние слова застали его врасплох.

– Это большая… это огромная честь для меня, мой царь!

– Данная честь равносильна ответственности, что теперь ляжет на твои плечи, Адриан. Я обдумывал это решение не один час, и, надеюсь, я поступаю верно.

– Я слышу сомнения в твоих словах, неужели ты уже пожалел о том, что только сказал?

– Нет, но я не могу избавиться от мысли, что рискую самым дорогим в своей жизни.

Повисла тишина.

* * *

Спустя несколько дней, когда с бюрократической волокитой и назначениями было покончено, настало время вручить новому Главному советнику при Короне своё одеяние, обмундирование и затем представить остальным членам Совета. Причём, старым во всех смыслах. Самому пожилому из них, Трибусу Зерву, советнику по межплеменным отношениям, было семьдесят с лишним лет.