Канатоходец, или После постмодерна

И дела нет до нас

Создателю Вселенной.

Нам в этом повезло!

Не спрашивает нас:

? А вы-то кто такие?

Зачем чудите? Стоп!..

Когда в последний раз

Он вник в дела мирские,

то был Потоп!

Наш вклад

К столетию завершения Первой мировой войны

Никто, увы, не сможет нам помочь, ?

мы влипли, и история не детская:

сперва Варфоломеевская ночь,

а ей на смену утром казнь стрелецкая.

Монгольскою стрелою сбиты влёт,

не в небо – в землю будет новый град расти.

А что ушли псы-рыцари под лёд,

так в этом тоже нет особой радости.

Веками длится сей парад-алле:

не угодив друг другу цветом кожи ли,

иною верой, спором о земле,

как странно, что до сей поры мы дожили.

Исчезнем, как бездарный паразит,

который вслед кричит себе: ? Гуляй ещё! ?

а росту энтропии не грозит,

как саморазрушенья управляющий.

Сойдём, как плесень, чтобы цикл иной

свершиться мог, как новый акт творения.

А мы в него придём как перегной

и топливо для лучшего горения.

Неформатный сонет

Я просто устарел, как буква «ер»,

со свистом пролетаю мимо цели,

в формат не попадаю и в размер,

поскольку и не в духе, и не в теле.

Я был готов, как юный пионер,

я плыл, успешно огибая мели, ?

по щучьему веленью, на манер

печи не покидавшего Емели.

Ну что же, говорю себе, не ной, ?

сменилась орфография, иной

формат у современного искусства.

Нет больше пастернаковской свечи,

но свято место не бывает пусто,

хотя никто не ездит на печи.

Милитаристический сонет

Экраны теле нам дают сполна

иллюзию прямого вовлеченья.

Дух возвышая, дарит развлеченье

такая виртуальная война.

Конечно, показать могли б ученья –

там тоже танки, выстрелы, ? страна

и это любит, но когда война,

приходит настоящее сплоченье.

Как некогда, едины и сильны,

империи ржавеющей сыны,

мы, улетая за мечтой манящей,

чтоб супостату злому насолить,

войну по теле рады запалить.

Но как бы не дошло до настоящей!

Наше болото

Покой и стабильность ? зелёная тина

да звон комариный ? кулик-патриот,

ничуть не смущаясь, что из карантина,

родимым болотам осанну поёт.

А воздух свободы, товар санкционный,

как столб на границе, стоит недвижим,

не смея нарушить наш не порционный,

но и не вполне санаторный режим.

С закатного солнца сойдёт позолота,

а мы выбираем покой и уют.