Счастливое завтра

Да! Смирились! Каждая из нас, лишь дернув плечами, сказала: «Ну и пусть!»

Ну и пусть я буду хранительницей домашнего очага, в то время как мой муж будет зарабатывать! Ну и пусть я не буду нигде работать, не смогу зарабатывать себе на жизнь, зато я буду воспитывать детей! Ну и пусть мой пьяный муж будет приходить под утро, крича на весь дом и доводя меня с ребенком до слез! Ну и пусть он будет изменять мне с каждой проституткой, что встретит по дороге от бара до дома! Ну и пусть он будет колотить меня, когда ему вздумается! Ну и пусть я не буду вылезать из длинных кофт и юбок по щиколотку, лишь бы скрыть следы побоев! Ну и пусть я буду каждый день надевать на лицо маску хранительницы домашнего очага, заботливой матери, а по ночам плакать в подушку! Ну и пусть я буду заглушать боль алкоголем или таблетками и бояться что-то кому-то сказать, поскольку буду знать, что никто мне ничем не поможет, все лишь скажут: «сама виновата»!

Так ведь?! Разве мы не сами с вами виноваты, что родились женщиной?! Я хочу сказать вам, что хватит.

Каждая из нас имеет полное право на счастливую жизнь. Жизнь, которую она построит сама, не надеясь ни на кого. Жизнь, которую она сама выберет.

Если уж жить, то иметь право на получение образования, право на собственность, право на равенство в браке, право на защиту от домашнего насилия, защиту от сексуальных домогательств, права на труд и равную оплату труда.

Разве мы этого не заслужили? Каждый день из телевизоров, с экранов кинотеатров, со страниц модных журналов нам внушают, что женщинам не нужно образования, не нужна карьера, не нужны политические права. Но кто это вам внушает? Мужчины. А почему они хотят нас видеть только на кухне в фартуке? Да потому что они боятся нас. Боятся, что мы сможем превзойти их.

И я верю, что никто и никогда не имеет никакого права сказать мне, как мне нужно жить. Никто. Ни муж, ни брат, ни отец. Когда вы это поймете, тогда вы станете свободными. Тогда вы станете собой!

Гул аплодисментов взорвал зал. Он был настолько оглушительным, что все зажженные свечки заколыхались. Все девушки встали и, не отрываясь, смотрели на оратора. Тиффани стояла на сцене и лишь кивала головой.