Кто я?

Но ничто не говорило о раскрытии моей тайны. Однако я продолжал быть в напряжении и начеку, контролируя свои поступки и разговоры с кем бы то ни было, опасаясь выдать сам себя.

Больше всего меня беспокоила жена и, для пущей убедительности её в том, что я такой же, как и всегда, и ничто во мне не изменилось, а даже стал лучше, я, по возможности, начал пытаться ухаживать за ней. Я встречал её с работы, подавал тапочки, относил сумку в её спальню и делал многое другое по мелочам, чем немного, как мне казалось, усыплял её бдительность.

Как-то раз жена пришла серьёзно навеселе, что с ней крайне редко случалось и, сославшись на усталость, неуверенной походкой продефилировала к себе, где и быстро уснула.

Убирая за ней разбросанные вещи, я случайно наткнулся на валяющуюся на полу связку ключей, на которой были ключи не только от дома, но и от её сейфа. Я не смог побороть искушение и заглянул в сейф, куда мне доступ был категорически запрещён.

В сейфе, помимо стопки документов, лежала куча упаковок денег в валюте.

Я долго мучился, сидя на полу у сейфа и поглядывая в сторону спящей жены. Совесть не позволяла воровать. И в то же время: а что делать? Внутри меня боролись два противоречивых чувства: принять глупое решение и оставаться тем, кем сейчас я есть, превознося возвышенные человеческие качества, или последовать логике строительства своего независимого будущего.

Моё положение раздражало и привлекало одновременно. Совесть вопила одно, а разум диктовал другое.

В итоге решил взять одну упаковку и подождать какое-то время, заметит или нет пропажу жена. В этой комнате видеокамер нет. Вероятно, жена не хотела, чтобы, в случае непредвиденных обстоятельств, кто-нибудь смог проследить за ней, что она держит в своём сейфе. Так что мои действия нигде не зафиксировались.

Прошёл месяц. Жена неоднократно залезала в своё бронированное хранилище. Негативной реакции в мою сторону не последовало, значит всё о'кей. Можно двигаться дальше.

Давая себе отчёт, что, всё же, квартира и дом – две несопоставимые вещи, я, не откладывая в долгий ящик, продолжил реализацию изначально намеченного плана.

Причины, склонившие меня на доведение поиска частного жилья до финальной стадии, были очевидны.