Под созвездием Козерога

Но ему было совсем не до шуток, поэтому он здорово обиделся и еще долго ворчал, говоря о моем хамстве и наглости:

– Это надо же, порвал мою рубашку и еще недоволен, что она рвется на такой дороге.

Между тем стало совсем темно, а идти еще труднее. Мы остановились.

– Давай отдохнем.

Футболка на мне совсем была мокрой от пота. Парадокс: идешь быстро, потеешь, и белье на тебе мокнет. Но тебе тепло. Медленно все высыхает, и тебе холодно. Постоянно дул ветер, не прерываясь ни на секунду, и поэтому штаны на мне были покрыты ледяной коркой, а по бедрам стекала струйка пота, которая где-то там внизу замерзала.

Я сел прямо на дорогу, покрытую мелким камнем, подняв ступни, попытался как-то обезболить их. Увиденное меня поразило. Я был не готов увидеть такое: вместо ступни – сплошной фарш. От увиденного мне стало еще больнее. Боже, я точно знаю, что грешен, даже знаю, в чем мой грех, я даже пытаюсь как-то бороться с этим. Но ведь не настолько же я безнадежно потерян. Что ты делаешь?

Ашот опустился возле меня на корточки и завыл, как будто это была его нога.

– Как ты идешь, ведь на это смотреть невозможно, я представляю, как тебе больно.

– Ну вот видишь, как я мучаюсь из-за твоей рубашки, – сказал я.

– Идиот ты, еще шутишь! Как мы дальше пойдем? Посмотри на это, их теперь даже назвать ногами нельзя, а тебе надо встать и идти. Сколько нам еще иди?

– Вот, – говорю, – досада, язык не достаёт.

– Куда тебе надо достать языком, что ты не можешь?

– Да вот, надо облизать их, им станет легче, и мы спокойно пойдем дальше.

Может, ты попробуешь? Твой язык длиннее.

Но шутка не удалась, Ашот совсем расстроился, и теперь он или молчал, или ругался, бурча себе под нос:

– То чуть не угробил меня, потом, видишь ли, рубашка ему не нравится, теперь ноги оближи ему. Скотина.

Я почистил обе лапы от мелкого камня и грязи, встал, и мы продолжили наш путь.

– Не бойся, наше дело правое, мы победим, а когда придем домой, я куплю тебе новую рубашку, даже лучше, чем эта, – сказал я.

Но он делал вид, будто не слышит меня.

Вдруг я услышал ржание лошадей.

– Слава богу, нашим мучениям приходит конец.

Ашот обрадовался и как-то воспрял духом, а духовная сила в таких ситуациях дорогого стоит.

– С чего ты решил, что скоро конец нашим мучениям? – спросил он.

Надо сказать, я сам ели сдерживал себя, чтобы не завыть от боли и усталости. Я точно знал: ничто, кроме уверенности, не помогает преодолеть трудности.