Взрослая жизнь

Пара прошла на кухню, где девушка поставила букет в вазу и включила чайник.

– Как твои оболтусы? – поинтересовался Никита.

– Да ничего, сегодня более-менее, – улыбнулась Оксана.

Дело в том, что девушка работала учителем в частной школе и само собой у неё были проблемные ученики, впрочем, таковые есть в каждом классе, один-два, а в некоторых и больше половины, которые мешали нормально вести урок. Однако Ксения не жаловалась, ей было вполне по силам самой справиться с такими учениками. Привыкла.

– Ты знаешь, – продолжила она, – мне кажется, сейчас дети такие пошли, ужас просто… Мы другие были.

– Ну так и время другое было, – пожал плечами Никита.

– Наверно… У тебя-то как дела?

Федосовская поставила перед парнем чашку с чаем и придвинула вазочку с печеньем.

– Да нормально вроде, не жалуюсь.

– Ты хоть ел сегодня?

– Ну так… Перекусил.

– Никит, желудок хочешь свой посадить? – посерьёзнела Ксюша. – Так, ты допивай чай, а я ужин приготовлю.

– Ксень…

– Возражения не принимаются.

Девушка встала из-за стола и занялась готовкой ужина.

Через пару минут она обернулась и, улыбнувшись, посмотрела на Шмелёва:

– Ну с настроением у тебя видимо всё нормально, раз предложил в прятки поиграть. Детство вспомнил?

– Типа того, – засмеялся парень. – Ну реально настроение отличное просто.

– Ты ни капли не изменился. Каким был раньше, таким и остался.

– Да ты тоже особо не изменилась.

– Прям совсем? Не поверю.

– Ну если только в характере чуть поменялась.

– Были причины, – кашлянув, ответила Ксения и вновь отвернулась.

Немного помявшись, Шмелёв всё же решил затронуть ту больную тему – тему их расставания. Ведь за то время, как они вновь стали общаться и встречаться, пара ни разу не говорила об этом, но оба чувствовали неизбежность такого разговора. А смысла откладывать его не было. Лучше уж сразу всё выговорить и выяснить, чтобы не было потом каких-то обид и недосказанностей.

– Ксюш… – начал парень. – Ты извини меня, ладно?

– За что? – удивилась девушка.

– Ну, за прошлое…

– По-моему, там было всё прекрасно, разве нет?

– Я имею в виду наше расставание.

Федосовская отложила нож и присела напротив Шмелёва:

– Насколько я помню, оно было обоюдным.

Никита пристально посмотрел на девушку. Обоюдным? В какой-то мере, конечно, оно таковым и было, но инициатором-то их разрыва стал именно он – Никита.