Просто живи. Рассказы

Игорь был успешным предпринимателем, так что многое мог себе позволить, он и маме хотел дом купить, но она захотела в родительской квартире остаться, родные стены согревали, и одиночество не казалось тяжким, даже наоборот, она уже так привыкла жить одна, что даже находила в этом свои прелести. Она так и не вышла замуж, хотя была с виду все та же Сашка, тоненькая и нежная, с непослушной челкой, падающей на глаза. Много в течение жизни было желающих прекратить ее одиночество, были и такие, которым это почти удавалось, но, нет, того чувства уверенности, что “мы одно целое” больше не пришлось ей испытать, а без него нет семьи, и к чему тогда все менять, какой смысл?

В то утро, когда она собиралась на работу, зазвонил телефон, и Игорь взволнованно сообщил, что Алешка свалился с сарая и сломал руку, отвезли в Первую городскую, Маша уехала со “скорой”, а он сейчас помчится следом, и сказал, что внук просит, чтобы Саша (так он бабушку называл) тоже приехала.

Алешка любил бабушку до замирания сердца, она и вовсе не бабушка ему была, а боевая подруга и союзница, только с ней он мог пускаться в приключенческие авантюры, только она могла так рассказать сказку, что оба они в этой сказке жили, и, конечно же, именно она должна быть рядом в ту героическую минуту, когда он, превознемогая боль, но не подавая виду, принял окончательное и бесповоротное решение, стать летчиком, и сразу же после выздоровления прыгнуть с парашютом, вместе с Сашей, разумеется, ну можно еще и доктора пригласить, уж очень он Алешке понравился.

***

После обхода Алексей Васильевич решил еще раз заглянуть к тому отважному мальчугану, вот запал он ему в душу и все.

Он шел по коридору травматологического отделения, а навстречу ему, выставив наперевес загипсованную руку, шагал Алешка. Глядя мимо него, мальчик прокричал: ”Саша, Саша, я решил, я стану летчиком и мы прыгнем с парашютом”.

Алексей Васильевич резко обернулся, и в грудь ему с разбегу уткнулась его Сашка. Она подняла глаза, как тогда на лестнице, много лет назад, а он обнял ее и подумал, что теперь он ее никуда и никогда не отпустит.

Когда ты дома

Илья пил. Пил яростно и безудержно. Утро начиналось с желания выпить: да, какой там, с желания – уже с жесткой необходимости.