Заблуждение. Роман про школу

Замечу, что, выйдя из зала и шагая по коридорному пути, я не раз оборачивался по сторонам и с удивлением обращал внимание на то, что многие кабинеты открыты. «Что ж, видимо, преподы работают и в каникулы», – подумал я. Закрыты были, впрочем, кабинеты Чивер – она, как я слышал, уехала в командировку, – и Бандзарта – Феликс, по-видимому, тоже куда-нибудь смотался.

Тем временем мы подошли к кабинету Щепкиной. Поначалу нас с Костей удивило, что он был открыт, однако тут же выяснилось, что Дарья Алексеевна сознательно решила лишний раз не использовать ключи.

– А зачем? В школе сейчас нет посторонних лиц, – уверенно сказала она, разумея наверняка мелких.

Мы с Костей оценили ее логику и вошли внутрь. Разумеется, Таганов сразу принялся осматривать помещение, вглядываясь во все стороны и пытаясь увидеть какую-нибудь бросающуюся в глаза вещь, но, увы, ничего такого он, видимо, не обнаружил и, наверно, скорее, от любопытства, не выдержал и спросил:

– Где же предмет, Дарья Алексеевна?

Тут Щепкина, только что зашедшая в свой кабинет, сразу устремила взоры на письменный стол, однако… не прошло и двух секунд, как раздался недоумевающий вопрос.

– Я не поняла. Где она?

– Кто «она»? – слегка испуганно спросил Костя.

– Да коробочка, – вне себя от удивления произнесла Дарья Алексеевна. – Вот тут, – она показала на стол, – лежала коробочка.

– Какая? – спросил Костя.

– Да маленькая такая, металлическая, серого цвета… С фотографией, – добавила она.

– С какой фотографией? – попросил уточнить Костя.

– Да с той самой!.. – ответила Щепкина.

Через несколько секунд мы немножко пришли в себя, особенно Дарья Алексеевна, и Костя уже спокойно ее спрашивал:

– А вы не могли ее куда-то переложить? Случайно, допустим?..

Вопрос этот, мы догадывались, был дурацким, но Костя не мог его не задать. Впрочем, и ответ выглядел соответствующим:

– Да что ж я, совсем уже беспамятной стала? – возмутилась Щепкина, продолжая глазами оглядывать стол.

– Так поищите! Должна же она где-то быть? – утверждал Костя.

– Минутку!.. – сказала Щепкина. – Может, кто-то из учителей забрал? – предположила она, слабо взмахнув указательным пальцем правой руки вверх (это был едва ли не любимый ее театральный жест).