Женщина в моей голове

Сколько бы каналов не осталось позади, сколько бы съемок не было отснято… Никаких обоюдных подколов, общих шуток и тайн. Никакой души! Лишь чужие, безликие руки и глаза за камерами и штативами. И никто больше не ворует мои колготки…

«Сегодня тебе 55, Игорь. И я пишу СМС, потому что у тебя до сих пор кнопочный телефон! Меня это обстоятельство никак не удивляет. Это же ты.

В общем, в знак признательности и моей безграничной любви к тебе, я высылаю тебе, Игорь, партию колготок из лучшей лайкры. Самого большого размера.

Уверена, что ты будешь читать это и думать, что я маленькая дрянь. Ведь врач здорово ограничил тебе количество погружений из-за давления. Просто знай, что я очень люблю тебя и у нас с тобой свой юмор! Никому непонятный. Целую. Вспоминаю. Часто. Каждый день».

Чтоб у Вас тройня родилась!

У меня есть подруга, с которой мы жутко разные. Взять хотя бы возраст. Марине – 45, мне – почти в два раза меньше.

Она очень обижается, когда кто-то, показывая на меня, спрашивает: «Это ваша дочка?» Тогда в глазах у Марины можно прочесть вызов к словесному поединку. Обычно она отвечает обидчику: «Это в каком возрасте, спрашивается, я должна была ее зачать? В младенческом?».

Вообще она могла бы зачать меня примерно в 20. Так, собственно, многие делают. Но я всегда подыгрываю ей и заканчиваю спор словами: «Это моя сестра».

Своих детей у Марины нет. Как-то не сложилось.

Эти слова она почти на ежедневной основе адресовывала своему нелюбимому соседу на черном «БМВ». Он все время парковал автомобиль аккурат клумбы, которую моя подруга так лелеяла! Где белизна лилий сменяется пестротой гортензий, а все это великолепие обрамлено в рамку из желтых хризантем. Марина называла это ландшафтным дизайном. Ну а себя, соответственно, чувствовала дизайнером.

Надо быть честными: колеса машины соседа никогда не касались цветов, но в сантиметре от них протектор резины точно бывал.

Заметив авто, одной стороной заехавшей на бордюр, Марина со всей силы била по колесам, чтобы сработала сигнализация. Этот юный бизнесмен (как называла его подруга), выбегал и, красуясь перед молодой женой, обещал засудить соседку в центральном суде, что прямо за углом, где у него все, вот абсолютно все, знакомые: от уборщицы до родителей судьи.