Побудь со мной

Бабушка открыла рот, то ли чтобы утешить, то ли чтобы отругать, но тут как раз заворочался ключ в замке – это вернулись с работы мама с папой.

– Полюбуйтесь! – сказала им бабушка каким-то растерянным голосом: как будто так и не решила для себя, что нужно делать: сердиться или смеяться. – Какой поросенок у нас в доме растет. Желудями питается!

– Ну что же, – ответил папа вполне спокойно, как ни в чём ни бывало развязывая шнурки на ботинках, словно и сам частенько проглатывал желуди и считал это самым обычным делом.

– И сколько ты их съела? – озабоченно спросила мама. Кажется, только она и поняла, что дело серьёзное, даже плащ не сняла, а так прямо в нём и присела на корточки, чтобы заглянуть Але в лицо.

– Только один, – честно всхлипнула Аля.

– Ну, это ничего, – сразу успокоилась мама. – В туалет сходишь – и всё.

– И он во мне не прорастёт? Я не стану сама, как дуб? – уточнила Аля.

– Если будешь хорошо учиться в школе и много читать, то как дуб не станешь, – непонятно пошутил папа.

– Пусть марганцовки выпьет, – строго велела бабушка. – Господи! Что за наказание мне перед смертью!

Аля ещё немного подождала, но её никто не ругал и не собирался отправлять в больницу. Она снова пощупала свой живот, ничего необычного не обнаружила, вздохнула с облегчением и почувствовала, как всё нехорошее и страшное отступает, волшебно освобождая её от горькой участи превращаться день за днём в одинокое молчаливое дерево.

Глава 5

Снегурочка и её туфли

Еще даже толком не разлепив веки, Аля откуда-то знала, что выпал первый снег. Такой долгожданный после бесконечного теплого зеленого лета, такой чистый на черной ноябрьской земле. Первый пушистый слой настоящего снега, плотно накрывший двор, и горку, и песочницу. Словно город надел белое платье или белый халат, готовясь к празднику, как невеста, или к работе, как врач, или просто потому, что всё в мире иногда облачается в белое, чтобы стать лучше и чище.

Сам воздух в комнате был теперь другой, а лежать под одеялом было так хорошо, что вылезать не хотелось. За окном в проеме неплотно сомкнутых штор колыхалась ещё одна белая ажурная занавеска из летящих снежинок. Весь мир задернули, занавесили, осталась только эта комната. Мягкий свет и осторожные приглушенные звуки – так бывает только через падающий снег.