Падающие тени

– О! Да ты заносчивый высокомерный говнюк! Как же я сразу не поняла?

– Это не высокомерие. Всего лишь констатация факта.

– Вин? Кажется, так она тебя назвала? Ты не прав. Это именно оно, раздутое до небес самомнение. Я знаю такой тип, как ты.

– Как я? А хочешь, я скажу, какой ты тип? Видимо, тот, что испытывает трудности с общением. Поэтому мой тебе совет: прекращай пить и пройди курс коммуникативных навыков.

– Да пошел ты…

Девушка вскочила на ноги и быстро пошла обратно к дверям барам. Почти побежала.

– Да, кстати, – она обернулась в дверях. – Заплати за пиво.

– Нет. Даже не думай. Ты меня угостила – ты платишь.

– Мне показалось, ты симпатичный. Но я ошиблась. А денег у меня все равно нет. У меня украли сумочку в метро.

– Эта сказочка стара как мир. Я на такое не ведусь. Ты платишь.

Она прочистила горло и выдала:

– Все равно я попросила Магнуса записать на твой счёт… так что…

Я расхохотался.

– Ладно. Предлагаю перемирие. Я заплачу за пиво. Не убегай.

– Заплатить за пиво – слишком малая плата за ту ересь, что ты нес.

– Да у тебя, поди, тоже раздутое самомнение.

Она подошла ближе и отхлебнула из банки.

– Допустим. Но мне интересно другое. А ты почему сбежал? Не любишь толпу?

– Иногда не хочется смотреть на людей. Только внутрь себя.

– Знаю такое чувство. Оно называется «тоска».

– Не сказал бы, – пожал я плечами.

Пару минут мы молча смотрели в темноту. Плечи наши соприкасались. Мои мысли невольно возвращались к Феликсу, потом к матери и обратно к Феликсу.

Девушка выудила из кармана наушники и подключила их к телефону.

– Можно мне один? – я протянул ладонь.

– Да пожалуйста, сногсшибательный Вин. Но не думаю, что ты слушаешь такую заунывную инструментальную музыку.

– А какую я, по-твоему, слушаю?

– Не Бибера точно, – она рассмеялась и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. – Radiohead… или может, Джонни Кэш?

В наушнике заиграло пианино: легко, будто летний дождь тихонько барабанит по крыше.

– О чем ты думаешь под такую музыку?

– В данный момент о том, что у меня украли сумочку, в которой были не только деньги, но и билет на последний поезд в Потсдам, – она скривилась.

– Как это произошло?

– Совсем глупо. Я положила ее на лавку в метро, а какой-то парнишка схватил ее и вскочил в закрывающиеся двери вагона, – проговорив это, она уставилась в землю.

– Где ты будешь ночевать? Или ты рассчитывала поехать ко мне? – усмехнулся я.