Осколки детства

Выходит мама, закрывает калитку за своей спиной, чтобы я и заглянуть не могла во двор:

– Я же не велела тебе приходить! Что за упрямый ребёнок! Русским языком было сказано – Вовочка болен, ты можешь заразиться!

Потом заболела бабушка, меня забрали домой. Я тут же слегла, конечно.

Помню не саму болезнь, а выздоровление. Мы с Вовиком одни в комнате, кидаемся подушками и хохочем, особенно Вовка. Чтобы услышать его смех, я готова опять и опять перебегать с одной кровати на другую за подушкой, которую он не может добросить до меня.

И тут пришла мама, остановилась в дверях.

Вовик стоит на кровати с подушкой, я на земляном полу, босая, пух летает по комнате, и мы просто закатываемся от смеха.

– Перестаньте сейчас же! Бабушка умерла…

Мы остались одни в Пржевальске.

Опять большой кусок мирной жизни. Хожу в школу сама, наверно, она близко, не надо переходить улицу.

Огромные деревья с гладкой корой, у самых корней арык перекатывает камушки на дне, а в другом месте дно земляное, и он то мельче, и тогда вода в нём несётся, то глубже, тогда течёт еле заметно.

Между арыком и забором трава по обе стороны дорожки, а в траве жуки с блестящими крыльями, букашки… Вот муравей несёт прутик, слежу за ним внимательно, боюсь потерять из виду и слышу над собой мамин голос:

– Снова тянешься из школы целый час! Сколько тебя можно ждать!

В школе посадили с мальчиком за одну парту, и мы подрались в первый же день.

Нас рассадили, мы проревели целый урок, и нас опять посадили вместе. Что он такого сказал, что я его двинула по зубам?

Вызвали маму, первый раз в первый класс.

– Как ты могла? Что за повадки, выбить мальчику два зуба!

– Он мне тоже выбил, вот, шатаются. Просто он пожаловался, а я нет. Папа говорил, нужно уметь постоять за себя, а не ябедничать.

– Ему было бы за тебя стыдно!

– Неправда, папе никогда не было бы за меня стыдно! – И такие бурные слёзы…

Конечно, нас рассадили, теперь уже навсегда, и он гордо обходил меня на переменках.

Как-то мама сказала:

– У нас будет своя комната. В соседнем дворе у трёх мальчиков умерла мама, их заберут в детский дом, а комнату – нам. Только бы не пропустить, когда она освободится.

Не пропустить должна была я. Каждый день мама говорила:

– Сходи к ним!

Это был кошмар.