Уголёчки

Возвращение в педагогику Светлана Анатольевна восприняла началом серьёзных изменений. В школе тема добровольчества зазвучала отчётливей и громче.

Теперь, пытаясь понять сердце, она вслушивалась в его тихий, приметный желанием служить голос.

Август раскинул красоту по кронам, город растянулся в неге тёплых торопливых дней, радуясь яркой зелени, как дитя. Будним днём по дороге в сторону дома матери отпускница уткнулась в телефон, привычным движением листая новостную ленту.

Прямо посреди улицы её остановило сообщение: в пятнадцать часов кормление бездомных в таком-то месте.

Женщина посмотрела на часы и поняла, что успевает по времени. Решение, принятое сразу, придало осмысленной радости добежавшему уже до середины дню.

Уверенной походкой окрылённая мгновенной переменой планов и новым своим состоянием направилась к месту раздачи еды.

Автобуса милосердия ещё не было, но люди, пришедшие за обедом, уже стояли и ждали. Учительница ещё не раз будет вспоминать этот августовский день, первые шаги добровольчества.

А тогда, немного стесняясь, она стояла в сторонке, молча глядя на людей. Потом всё-таки решилась подойти и спросила про автобус. Люди оказались добрыми.

– Не было ещё автобуса, ждём вот, – услышала она спокойный голос стоявших поодаль женщин.

Ждут. Это ожидание было в глазах, в позах, в тишине, объединившей всех. Они с надеждой ждали помощи, они верили тем, которые не бросят, не забудут, не предадут. Те, кого они ждали, обязательно придут к ним, в любую погоду, и накормят, и помогут.

– Девчата, здравствуйте, помощь нужна? – обратилась новенькая к волонтёрам автобуса милосердия.

– Помощь всегда нужна, – радушно отозвались добрые, совершенно незнакомые люди. – Хлеба сегодня положили маловато, может не хватить.

Долго не раздумывая, Фотиния отправилась в ближайшую продуктовую лавку за хлебом. Через десять минут она уже читала вместе с сёстрами Службы милосердия «Отче наш».

Ей дали фартук, маску и перчатки и поставили на раздачу.

Мать увидела в ожидавших детей. Лица были разные, одежда тоже. Мощная волна обычной жалости накрыла чувства отчуждённости, брезгливости, унесла их куда-то.

В самих фигурах подопечных читалась просьба о помощи. Новенькая тоже была одета очень просто и едва ли чем-то отличалась от нуждающихся.