Жизнь и смерть христианина

– Господин, господин, что с Вами?

Слуга-индиец был напуган, однако я отстранил от себя его протянутую руку.

– Спасибо, нагиб, я сам. Я должен сам пройти этот путь до конца, иначе… иначе я так и не пойму многое из того, что мне хотелось постичь.

Гробница представляла собой небольшое помещение, высеченная из мрамора с плитой, где на древне-арамейском языке было высечено имя «Исса».

Я не знал древнеарамейского, но о назначении надписи догадался. Моё сознание ясно представило себе то, что под этими мраморными плитами в земле находятся останки этого человека.

До того, как прикоснуться к имени «Святой Исса», я спросил у нагиба:

– Здесь действительно погребён Исса?

– Да, господин. До сих пор сохранились воспоминания тех людей, которые знали его.

– Но как же они могли сохраниться?

– Из табличек. Люди использовали древнеарамейский и хинди.

– Где же эти таблички?

– Они….они хранятся в семьях потомков тех людей, которые жили здесь более 2 тыс. лет назад.

– И ты видел эти таблички?

Нагиб кивнул:

– Видел. Одна из них написала на хинди, и в ней говорится о том, что Исса был очень скромным человеком, который жил в селении, и был очень скромен в своих потребностях.

Я протянул руку, чтобы коснуться одной из плит. Дальше я ничего не мог вспомнить, но мама рассказывала, что я потерял сознание, двое слуг вынесли меня из гробницы. Я помню только, что провалился в какой-то очень длинный тоннель, а затем было столько много света, что мне пришлось закрыть глаза, ибо мне было больно смотреть.

Все решили, что у меня произошёл нервный срыв от перенапряжения последних дней. Меня перенесли в дом к старосте, который вышел поприветствовать нас. Мама отправила слугу за доктором. В этой закрутившейся суматохе спокойной осталась лишь мадам Энн, которая тихонько подошла к княгине и прошептала ей на ухо:

– Успокойтесь, Маргарита Львовна….Ваш сын Владимир скоро вернётся в сознание. Всё будет хорошо, вот увидите.

Мама, вытерев слёзы, произнесла в ответ:

– Что……что с ним происходит?

– Ваш сын соприкоснулся со своим прошлым. Так случается.

– Случается? О чём Вы говорите, мадам Энн? Ему никогда плохо не было, и нервных припадков у Володи тоже не случалось. Он рос крепким ребёнком, обычным мальчиком, и, если бы не эта болезнь, он давно бы закончил офицерское училище и поступил бы в гвардейский корпус. Он всегда мечтал стать гвардейцем.