Леди не бывают стервами

Нет, не должна.

Обычно подобные трюки проделывали близнецы. С одной стороны, жаль, что у неё нет близняшки; однако с другой, ей бы не хотелось иметь подобную конкурентку в лице Барбары. Барбара…..Нелепое имя, совсем нерусское.

Света ещё раз посмотрела на своё отражение в зеркале, удивилась своим ямочкам на щеках.

«Я действительно хороша», – снова подумала Света. Затем она открыла гардероб и снова схватилась за голову. Боже мой! Мне же абсолютно нечего надеть! Значит, в это шмотьё я рядилась раньше! Какой ужас! Она впервые заметила, что платья были все тёмного цвета или в клеточку и мешковатые.

Лишь в дальнем конце гардероба она заметила одно платье, которое она сначала хотела продать, а потом оставила, чтобы иногда любоваться им, хоть издалека. Ей казалось, что это платье – сущая безвкусица. Она выглядит в нём, как незадачливая девушка с панели.

«Может быть, для Светы Кучеровой этот фасон действительно не подошёл, хотя это – ещё вопрос, – подумала Света, – а вот для Барбары Светлаковой этот прикид был бы в самый раз».

Хорошо, что она в своё время не сбагрила платье.

Света-Барбара натянула его на себя, поразившись узости своей талии.

Достала коробку с туфлями, которая пылилась ещё с прошлого лета, и одела их.

Это были настоящие шпильки.

«У меня – отличные ножки», – сказала она себе.

Действительно, отличные, и ничего тут не попишешь. Туфли пришлось запихать в сумку и надеть кожаные сапоги и шубу, ведь на улице был сущий холод.

«Я же изменила не только свою внешность, но и характер. Кажется, я становлюсь стервой. Ну почему, почему необходимо обязательно быть стервой, когда ты красива!»

И вдруг она увидела мысленно загадочную цыганку из магазина сладостей.

«Ты ведь просто хотела стать красивой, – произнесла цыганка, – значит, желание твоё вполне исполнено».

«Значит, я стану пустышкой Барби».

Она визуально видела, что цыганка пожала плечами, дескать, разговор окончен.

– Ладно, а то ты можешь и передумать, я не откажусь от своего желания.

Света ещё раз посмотрела на своё зеркальное отражение, подошла поближе к ровной глади зеркальной поверхности и поцеловала своё отражение, как это когда-то делала Скарлетт О, Хара.

«И, кажется, у меня немного прибавилось наглости», – подумала Барбара.

– Ну, почему, почему, когда я была Светой, я вела себя так подавленно и так по-идиотски!

Вопрос-утверждение прозвучали риторически.

….