По ту сторону снов. Сборник

– Лапушка, что с тобой? Почему ты такая грустная?

Она небрежно и даже, как показалось ему, несколько брезгливо оттолкнула его руку, бросила зло:

– Сколько раз тебе повторять? Не называй ты меня этим дурацким словом!

– Хорошо, Натусик, хорошо, не буду.

– И Натусиком не называй!

– Так что ж мне теперь, по имени отчеству к тебе обращаться что ли? – улыбнулся он.

– А не помешало бы иногда! Чтоб эгоизм свой попридержать, – вставила вдруг теща, войдя в комнату и услышав его последние слова.

– Простите, Ираида Аркадьевна, я не очень понимаю… – начал, было он, но теща прервала его:

– Да куда уж тебе понять-то! О себе только думаешь если!

Он растерялся окончательно.

Действительно, он ни черта не понимал, о чем это они? Снова повернулся к жене:

– Наташ, ну, хоть ты мне объясни! Что не так?

– Ты еще спрашиваешь! – сердито ответила она, – то есть мелочь всякую с края куста ты мне несешь, а что покрупнее, да повкуснее – так сам лопаешь! Как это назвать? Эгоизм и есть! И вообще, мужчины так не поступают.

Ты хоть и большой, вроде, с виду, а не мужик! Тряпка ты, а не мужик!

Антон слышал от жены такое впервые, поэтому был просто ошарашен. Пытаясь найти хоть какую-то логику, хоть какой-то здравый смысл во всем происходящем, он решил, что его разыгрывают. Что это шутка такая. Странная, неприятная, но шутка! Объяснять что-то про свою неуклюжесть и пораненную руку? Что ягоды в крови испачкал, поэтому и не понес ей, а съел сам? Чушь какая-то получается! Он улыбнулся и обратился к теще:

– О, как! Значит, с утра был мужик, а к вечеру уже перестал мужиком быть? Как непостоянны женщины!

– Зато ты у нас очень постоянный, – возразила Ираида Аркадьевна, – действительно, нехорошо так делать.

И вообще, коль уж взялся за малину, так нормально надо было собирать, в ведро, или хотя бы в касрюльку. А то сам наелся и даже спасибо не сказал! А собирать ее кому? Опять мне? Все за чужой счет выехать норовишь?

– Ну, простите! Я действительно, не подумал как-то… Хотите, я прямо сейчас быстренько всю малину вам соберу.

Куда ее собирать? В какую кастрюлю можно?

– Вона, засуетился. Какое уж теперь собирать. Домой ехать пора, – махнула рукой теща, выходя из комнаты.

– Наташ, – Антон сел на диван рядом с женой и снова попытался ее обнять, – ну, Наташ, ну, чего ты?

– Отстань, – вырвалось у нее, она вскочила с дивана и вышла.

Антон отправился на улицу. Там во дворе Владлен Олегович укладывал вещи в багажник машины.