30 секунд до рая. Сборник миссионерских рассказов

Тогда-то я во как объелся его пристрастием к удушающему внешнему благолепию. Жалко только, что во всей этой красоте совершенно не предусмотрено место для живых людей. Мои книги и тетради при его появлении испарились со стола, а подоконник превратился в дополнительный иконостас. Кружкам, ложкам он, не спросясь, назначил место только в тумбочках. Садиться на кровати днём запрещал, мол, для этого стулья есть. О дневном сне пришлось забыть. От такого «порядка» я убегал то в библиотеку, то к соседям. Пробовал даже жаловаться.

В дверь купе постучались. Проводница в белых перчатках и зелёной форменной одежде, похожая скорее на стюардессу, проверила билеты, сказав, что при желании у неё можно купить сканворды и журналы, а завтрак принесут через час.

День занимался морозный и солнечный. Отодвигая в сторону замысловато закрученную занавеску, приятно было наблюдать из тёплого купе как искрится солнце в разлетающихся от движения поезда золотистых снежинках, и как на остановках, мимо которых на скорости мчался фирменный поезд, люди подобно пингвинам переминались с ноги на ногу, ещё более на них похожие из-за неповоротливости от множества одежды.

Вскоре запахло чем-то вкусненьким. Раньше обещанного срока принесли пшённую кашу, щедро сдобренную сливочным маслом. Кусочки сыра на бутербродах крупными дырками заявляли о своей дороговизне, а веточки свежей петрушки с тонкими ломтиками лимона поверх красной рыбы, свидетельствовали, что вагон, расположенный в центре поезда, не зря носил громкое название «ресторан».

На два голоса пропев молитву, мужчины приступили к трапезе.

– А мне матушка в дорогу накрутила картошку в мундире. Всё боялась, чтобы голодным не остался.

– Не беспокойтесь, батюшка.

– Знаете, Руслан, у меня в семинарии не было такого человека, который бы меня «смирял». Может потому и отца Иллариона не стерпел. Прямо в лицо ему высказал всё, что о нём думал, да ещё цитатами из Священного Писания свою речь приправил. Неопытный, конечно, был, глупый. Но слово что бумеранг – к тебе же потом и возвращается.

– Так что там у вас произошло с отцом Илларионом?

– Короче.