Полёт орла

Королева Мэтлиб утёрла слёзы. И только громовой голос Рёрика Ютландского раздался в этой гробовой тишине так, что едва не пали стены дома Ярне.

– Он – воин, а вы столпились возле моего ярла, словно, повитухи вокруг младенца. Эрланд не нуждается в такой опеке, отойдите от него.

Все расступились. Рерик занёс свой меч над телом ярла, но я остановила конунга.

– Я не позволю Вам!

Гневный взгляд его серых глаз вперился в меня, конунг с такой силой оттолкнул меня, что я упала, ударившись оземь.

– Да кто ты такая!

Внезапно он схватил мой подбородок.

– Это – та самая маленькая потаскушка, которая хотела проучить меня на том пиру перед походом!

Я опустила глаза, отведя их в сторону.

– Однажды ты станешь ублажать меня, конунга Рёрика Ютландского, в постели, как рабыня!

– Оставь её, Рёрик, – вмешался король, – эта девушка – чужестранка, скоро она покинет Скандинавию. Так решено, и я не позволю, чтобы с ней что-то случилось.

Конунг отступил, показал на ярла.

– Как воину ему лучше умереть, чем испытать мучения.

– Эрланд – мой двоюродный брат, я верю, Ярне со своей помощницей спасёт его.

Рёрик спрятал меч в чехол и с грохотом вышел из дома Ярне. Годфрид помог мне подняться, из моего виска всё ещё капала кровь.

– Эрланд очень дорог мне, – произнёс король, – ты получишь всё, что пожелаешь, если он будет жить.

– Идите, Ваша милость, юноша выживет, а нам ничего не нужно.

Ярне выступила вперёд; как она оказалась в доме, я совсем не видела.

Целительница принесла несколько трав из своей коллекции (эти травы летом собирала я, потому что Ярне болела) и бросила их в котёл с кипящей водой. Она забурлила ещё сильнее, а комната насытилась дотоле незнакомыми мне ароматами.

– Помоги-ка мне.

Ярне осторожно сняла металлические латы с груди юноши. Они были очень тяжёлыми.

Она ненадолго вышла из натопленной комнаты, а у меня было достаточно времен, чтобы рассмотреть юношу. Он был действительно очень красив настоящей мужской красотою. Он возмужал и уже не производил впечатление того самого юного героя Эрланда, которого моя память запечатлела со времени нашей последней встречи.