Полёт орла

Он обратился к Зене, они о чём-то говорили на своём наречии, затем женщина поклонилась и вышла из трюма. Мы остались одни.

– Как Ваше имя, леди? – спросил меня юноша.

– Элизабет. Элизабет Английская. Я – племянница короля Эгберта.

– Это нам уже известно. Бальне поручил мне проведать Вас, узнать, как Вы себя чувствуете. Хорошо ли о Вас заботится Зена?

– Я чувствую себя, как любая пленница, лишённая свободы, – ответила я.

Мои слова, казалось, немного смутили молодого викинга, но лишь немного; он снова посмотрел на меня.

– Я думаю, Вы скоро освободитесь, леди, как только ваши родственники вышлют дань за Вас.

– Сегодня должна была состояться моя свадьба, – сказала я, – но вы лишили меня этого.

– Не волнуйтесь, совсем скоро Вы воссоединитесь со своим женихом.

Он уже собирался уходить, однако я остановила его:

– Я понимаю, что пленнице в моём положении не пристало спрашивать о подобном, но я, всё же, спрошу.

– Вы хотите о чём-то узнать?

– Да. Кто вы? Как ваше имя? Неприлично разговаривать с человеком, не зная его имени и того, как к нему обращаться. На моей родине, среди моих предков это считается верхом неприличия.

– Моё имя – Эрланд. Я – воспитанник Бальне и родственник нашего короля Годфрида.

Меня смутил его пристальный взгляд, но я не могла убежать, хотя сделала бы это, непременно сделала бы, если бы была тогда свободна, но я не была.

– Вы очень красивы.

Он слегка коснулся моих волос и заглянул в мои глаза. Я опустила их.

– Когда мы приедем на вашу землю?

– Скоро, – ответил он.

– Качка и солёный воздух Океана угнетают меня.

– Если бы Вы жили в моих землях, Вы были бы привычны к перипетиям судьбы.

Я не нашлась, что ответить.

– Вас тоже обучал моему языку один саксонский монах? – спросила я.

Он кивнул:

– Да. Поэтому дядя берёт меня с собой в походы в качестве переводчика и воина.

Он ушёл, а я осталась одна наедине со своими мыслями. Этот юноша с изумрудными глазами вызывал во мне неоднозначные чувства. Мне было двенадцать лет, и я чувствовала себя тогда не по годам повзрослевшей. Из-за нелюбви матери и постоянных сомнений, которые терзали мою, уже тогда не совсем детскую душу.